Пора ли убирать памятник «сексуальным рабыням»?

12.01.2017 10:39 ru.journal-neo.org
В отношениях Японии и РК серьезное обострение: временно отозваны посол в Сеуле и генконсул в Пусане, прекращены переговоры о своповых сделках в валюте, под угрозой находится реализация соглашения между двумя странами об обмене военной информацией.

Последний раз Япония отзывала посла из РК в 2012 г. после визита южнокорейского президента на спорный архипелаг Токто, но в этот раз повод иной, и история эта начинается 28 декабря 2015 г., когда министры иностранных дел РК и Японии — Юн Бён Сэ и Фумио Кисида — пришли к соглашению по проблеме «женщин для утешения», связанной с привлечением (часто насильственным) кореянок к работе в военных борделях японской армии в период Второй мировой войны.

Самой проблеме, ее генезису и эволюции мы вскоре посвятим отдельный текст, а пока отметим, что, наряду с вопросом о принадлежности островов Токто, она является одним из наиболее серьёзных препятствий к нормальному развитию двусторонних отношений. Патриотические организации усиленно эксплуатируют эту тему, с 1992 г. проводя перед посольством Японии каждую среду соответствующий митинг. А чтобы японцы не расслаблялись, у посольства установлен памятник «девушке на стуле», дабы та немым укором напоминала о «жертвах сексуального рабства».

Но вот на переговорах в Сеуле Фумио Кисида заявил, что японское правительство полностью берёт на себя ответственность за глубокие раны, нанесённые чести и достоинству многих женщин, и принёс искренние извинения от имени премьер-министра Синдзо Абэ, который после этого отдельно позвонил президенту РК Пак Кын Хе и лично принёс извинения. Также стороны договорились, что Япония внесёт в фонд поддержки жертв сексуального рабства, который будет создан южнокорейским правительством, 1 млрд иен или примерно 8,3 млн долларов.

Подписав соглашение, стороны объявили, что проблема решена «окончательно и бесповоротно». Однако как профессиональные патриоты, так и политическая оппозиция, немедленно назвала соглашение позорной сделкой. Признание вины и извинения со стороны Японии не будут иметь юридической силы и наверняка неискренни, миллиард – это не более чем подачка, а попытка объявить закрытой тему, которая так волнует общество, неприемлема и демонстрирует антинародную сущность режима.

1 июня 2016 г. в Сеуле оргкомитет Фонда помощи жертвам сексуального рабства в японской армии в период Второй мировой войны приступил к работе. В состав оргкомитета вошли японоведы, бывшие дипломаты и работники юстиции.

24 августа кабмин Японии выделил обещанный миллиард, который было решено распределить так: ныне живущие жертвы, а их осталось всего лишь 40 человек, получат по 10 млн иен, или примерно по 100 тысяч долларов; семьям покойных будет поэтапно выплачено по 2 млн иен, или по 20 тыс долларов. На это уйдет 80% средств, остальное будет потрачено на финансирование проектов и мероприятий памяти всех жертв сексуального рабства.

Правда, 13 из оставшихся в живых жертв выступили против выплаты компенсаций, считая их недостаточными для того, чтобы окончательно закрыть проблему сексуального рабства. Некоторые даже провели пресс-конференцию, заявляя, что никакие деньги не окупят их боль и страдания.

Однако любопытно, что именно эти 13 живут в специальных пансионатах; те, кто существуют не за счет государства, наоборот, оценили договоренность высоко.

14 октября фонд, получивший название Фонд примирения и исцеления, приступил к процедуре выплаты компенсаций жертвам сексуального рабства и членам их семей, подавшим заявки. С сентября фонд примирения и исцеления провел консультации в отношении 32-х из 46-ти жертв сексуального рабства и членов семей скончавшихся. Из них 29 жертв и близкие пострадавших выразили готовность принять условия проекта выплаты компенсаций, предложенных фондом.

Процесс пошел, но тут 9 декабря 2016 г. случился импичмент Пак Кын Хе, после которого оппозиция снова заговорила о необходимости пересмотра «позорной сделки», потребовав её отмены и начала новых переговоров. В ответ 22 декабря 2016 г. Юн Бён Сэ заявил, что достигнутое соглашение является оптимальным вариантом разрешения проблемы, и вряд ли в будущем удастся заключить соглашение по этому вопросу на более лучших условиях, а представитель МИД Чо Чжун Хёк заявил, что 34 из 46 жертв вышеуказанного преступления, которые были живы на момент заключения договорённости, положительно оценили принятые в этом направлении меры.

Во многом в ответ на это 28 декабря 2016 г. некая гражданская организация выставила вторую «девушку на стуле» перед генконсульством Японии в Пусане. Уже через четыре часа полиция оттеснила членов организации и демонтировала его: объект установлен без согласования с местной администрацией. Это вызвало общественное возмущение, а тут еще на следующий день, 29 декабря случился визит японского министра обороны в храм Ясукуни, на который надо было дать достойный ответ.

30 декабря памятник вернули, а власти заявили, что данный вопрос касается отношений между РК и Японией, а потому находится вне их компетенции. А 4 января Корейская ассоциация женщин, пострадавших от сексуального рабства в период Второй мировой войны, провела перед посольством Японии очередной, 1.264-й митинг, участники которого призвали аннулировать достигнутые договорённости. Вместо таковых правительство Японии должно официально признать вину в военном преступлении, принести официальные извинения, а также «принять юридически обоснованные компенсационные меры» (то есть заплатить еще).

Тут уже японская сторона пошла на принцип. 6 января в ходе встречи с журналистами генеральный секретарь Кабинета министров Японии Есихидэ Суга потребовал убрать памятник. Япония настойчиво требует скорейшего удаления этой статуи правительством Южной Кореи и городскими властями: «Вызывает глубокое сожаление то, что установка такой статуи, несмотря на существующее соглашение, окажет негативное влияние на двусторонние отношения». Официально потребовал от южнокорейских властей выполнять договорённости и премьер Абэ.

В Токио считают, что Сеул нарушает условия соглашения: в конце концов, Япония выполнила свою часть соглашения, и тема должна считаться закрытой. Теоретически и прежний памятник надо демонтировать, не говоря уже о том, чтобы ставить новые. А пока памятник не убран, Токио принимает ответные меры, включая отзыв дипломатов, запрет на участие сотрудников Генерального консульства в мероприятиях, связанных с Пусаном, приостановку переговоров о валютном свопе, а также двусторонних встреч по экономическим вопросам на высоком уровне.

МИД и Минфин РК явно такого не ожидали. Все, что они могли сделать — выразить сожаление и указать на «недопустимость ухудшения отношений Сеула и Токио из-за проблемы памятников, которые устанавливаются не правительством, а гражданскими организациями». Юн Бён Сэ подчеркнул, что подобные «односторонние действия Японии могут оказать отрицательное влияние на отношения двух стран», и немедленно припомнил посещение храма Ясукуни и иные «заявления, оскорблявшие граждан РК». Оказывается, на встрече с журналистами (даты, правда, не указали) глава МИД Японии Фумио Кисида указывал на то, что в споре вокруг проблемы жертв сексуального рабства японская сторона «потеряла всего на всего 1 млрд иен», а Синдзо Абэ «даже не думает направлять письмо с извинениями в отношении жертв сексуального рабства». Поэтому «охлаждение отношений РК и Японии будет продолжаться до тех пор, пока Токио не проявит искренность в подходе к разрешению спорных с Сеулом вопросов».

Одновременно южнокорейские политологи объявили, что такой демарш – это признак слабости Абэ, «чье правительство оказалось под огнём критики из-за безрезультатных переговоров с Владимиром Путиным о Курильских островах».

На это ряд японских экспертов напомнил про то, что «гражданские организации» очень часто переходят грань там, где власти формально не могут идти на крайности – упомянув и запуск листовок на Север, и известное покушение на японского посла, совершивший которое лидер такой «гражданской организации» отделался условным сроком.

Посмотрим, получится ли у Сеула и Токио перевернуть эту страницу, – Токио готов, а вот в Корее эта тема слишком пустила корни в государственную идеологию.

Константин Асмолов, кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Центра корейских исследований Института Дальнего Востока РАН, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».

Комментарии

Добавить комментарий