Авторские статьиИсточник28 нояб.

Радослав Чарнецки: Польский «католибан» рассматривает Белоруссию и Россию как пространство для «цивилизационной миссии»

nk_hauz/70j3ILpng.jpeg

Польский политический философ считает, что Варшава охотно довела бы конфликт на польско-белорусской границе до вооруженных столкновений, но ей не дадут этого сделать Берлин, Париж и Москва.

— Господин Чарнецки, не кажется ли Вам, что ситуация на польско-белорусской границе очень выгодна для властей Польши: уже никто не вспоминает о решениях Суда ЕС по поводу польского правосудия, ситуации с ЛГБТ?..

— На мой взгляд, это не столько успех правящей ныне в Варшаве команды (потому что политики, руководящие сегодня Польшей, не имеют стратегического видения Польши в Евросоюзе и политике Старого Света в целом), а скорее небольшая, тактическая победа в локальном сражении, где проблемы не решаются, а пережидаются. Однако, не имея долгосрочного видения внешней политики, власти Польши эмоционально и спонтанно бросают страну в очередной «вихрь борьбы». Но вы правы, хор, поющий о защите границ Польши и ЕС как политическом приоритете, заглушил на время напоминания о юридической и политической задолженности Варшавы перед Брюсселем. В Польше есть пословица на эту тему — «когда горит лес, не время жалеть о розах».

При этом не нужно забывать, что восточная политика воспринимается властями Польши как «перманентная война» и конфликт, когда Белоруссию и Россию рассматривают в качестве пространства для нашей «цивилизационной миссии» — демократической, культурной, ментальной и даже религиозной, поскольку представители «католибана» ныне широко представлены в польском политическом мейнстриме и правящих элитах.

Есть ещё один аспект этой ситуации — внутриполитический. Чрезвычайное положение в приграничных с Белоруссией регионах, связанные с этим ограничения, противоречивая информация о миграционном кризисе на польско-белорусской границе, гуманитарное и экзистенциальное измерение трагедии людей, покинувших свою родину из-за того, что там невозможно жить, — весь этот Армагеддон в СМИ полностью затмил проблемы в самой Польше. Я имею в виду инфляцию, рост числа жертв пандемии коронавируса и коллапс службы здравоохранения в целом, проблемы с решением Конституционного Суда о фактическом запрете абортов в Польше и т. д.

Властям в Варшаве кажется, что патриотичные, милитаристские (а поляки любят вооруженные силы, почитают мундир, военные учения и т.п.), националистические лозунги снимут все эти проблемы. К сожалению, это универсальный способ правления в том случае, когда у вас нет дальновидных и рациональных идей — ведь на Украине с этим сталкиваются уже много лет.

— Из Варшавы в адрес руководства ЕС постоянно звучат призывы к «солидарности». Однако размещать на границе с Белоруссией специалистов Frontex или независимых наблюдателей Польша не хочет, денег на колючую проволоку, в отличие от соседней Литвы, не просит. Переведите, пожалуйста, значение слова «солидарность» в устах Качиньского, Моравецкого и Дуды?

— Варшава от Брюсселя хочет двух вещей: денег, а также невмешательства в её бизнес между Одером и Бугом (реки на западной и восточной границах Польши — прим). Собственно, так было всегда, не только во времена правления «Права и Справедливости» (ПиС), — просто ныне этот подход приобрёл чрезвычайно наглый, грубый и утилитарный вид. Не право, правила, ценности и перспектива всё более интегрированной (в первую очередь политически) Европы, а «касса» укоренена в нашем обществе. Это основано на восприятии таких понятий, как суверенитет и независимость, в стиле XIX века. Но и на рубеже ХХ и ХХI веков один из лидеров Польской крестьянской партии (ПКП) Вальдемар Павляк — бывший премьер-министр и член нескольких правительственных команд — в порыве откровенности на каком-то приёме заявил: «Брюссельскую капусту нужно доить».

Кроме того, нужно учесть, что за 8 лет правления коалиции ПКП и ныне главной оппозиционной силы, либеральной «Гражданской платформы», Польша так и не подписала Хартию основных прав ЕС, — хотя политика упомянутой коалиции в других плоскостях решительно отличалась от нынешней деятельности ПиС. Это доказывает изоляционизм и непринятие более глубокой европейской интеграции во всём польском политикуме. Так что Варшава хочет от Брюсселя, во-первых, денег, а во-вторых — чтобы её оставили в покое.

— В отличие от ЕС, запросы Польши в адрес «старших товарищей» по НАТО более понятны: пришлите больше войск и продайте больше оружия в кредит. В ответ Джо Байден лишь выразил «озабоченность», а Борис Джонсон прислал несколько десятков военных из инженерных войск — тогда как Украине обещано 600 элитных спецназовцев. Лондон и Вашингтон не считают ситуацию на восточной границе Польши серьёзной — или просто боятся очередного имиджевого провала?

— С моей точки зрения, в НАТО подобного провала не боятся. Они готовы накалять конфликт на польско-белорусской границе (пока его не удастся разрешить в четырёхугольнике Берлин-Париж-Минск-Москва) — но лишь до той степени, чтобы не пересечь «красные линии», о которых говорил Владимир Путин в своей «Валдайской речи».

А вот Польша старательно и охотно довела бы конфликт до той или иной версии вооруженных столкновений — ведь воинственные и милитаристские настроения присутствуют не только в значительной части правящей элиты, но и в части польского общества. Кроме того, негативные настроения в отношении восточных соседей умело подогреваются в Польше годами.

К этим настроениям следует также добавить менталитет польского общества и ощущение цивилизационного и культурного превосходства над «варварами с Востока», которое подпитывается нарративом мейнстримных медиа. В первую очередь речь идёт о России, русских, и всём, что ассоциируется с «русскостью». Недавнее заявление отставного генерала Вальдемара Скжипчака, в прошлом одного из высших командиров Войска Польского, об открытом наступлении польских войск на Восток и о том, что через два-три дня «мы будем в Минске», — наглядное доказательство подобных веяний.

— Что бы не происходило в других странах, ситуация на границе Польши и Белоруссии требует оперативного разрешения. Какими могут быть его сценарии? Какие внешние участники могут быть задействованы?

— В данный момент соответствующие шаги уже сделаны, причём «через голову» Польши — именно так этот конфликт и будет разрешён. Конечно, польские власти попытаются представить это как склонение Брюсселя, Берлина и Парижа перед нашей жёсткой позицией и принципиальным подходом. Но все вокруг будут воспринимать подобные утверждения, слова и жесты как напыщенность и попытки представить действительность в совершенно нереалистичном свете. Как всегда — решения будут принимать Германия, Франция и Россия, ЕС и Белоруссия будут на заднем плане, а Польша — в роли наблюдателя.

Из-за того, что Варшава находится на периферии ЕС, её будут похлопывать по спине «за твёрдую позицию», она получит несколько тёплых слов от некоторых политиков, — но периферийность никуда не денется, а отвращение Брюсселя к анти-гуманизму польских властей лишь усугубит нашу изоляцию. Приведу пример из недавнего прошлого: когда президент Польши Лех Качиньский прилетел в Тбилиси, чтобы поддержать Михаила Саакашвили во время конфликта в Южной Осетии, тогдашний президент Франции Саркози уладил этот вопрос с Путиным по телефону. Скорее всего, нечто подобное случится и сейчас.

— Как бы не окончился нынешний кризис на польско-белорусской границе, претензии ЕС к Польше никуда не денутся. Как Вы думаете, после этого в Варшаве и Брюсселе пойдут на какие-то компромиссы, или обе стороны продолжат повышать ставки — к примеру, отменять пункты Договоров ЕС решениями Конституционного Суда Польши или прекращать выделение Польше денег из бюджета Евросоюза?

- Польскому правительству нужны деньги для реализации так называемого «Нового курса». Этого требует местная экономика и ситуация в обществе. Брюссель об этом знает, потому я не думаю, что с его стороны будут какие-либо уступки Варшаве по вопросам верховенства права и правосудия. Европейские политики — даже те, кто не хочет обострять ситуацию с Польшей, которая давно достигла точки «либо — либо», — осознают, что в этой ситуации на кону дальнейшее существование и единство ЕС.

Конечно, есть проблема нового правительства в Германии и президентских выборов во Франции в следующем году. То есть вопрос в том, будет ли дуэт Меркель-Макрон в новой версии — Шольц-Макрон или Шольц — другой французский политик, который выиграет выборы (например, Земмур) — настолько же сплочённым и готовым к взаимному сотрудничеству и согласованию позиций двух «локомотивов ЕС».

Но в любом случае, без явных уступок со стороны Польши (пусть даже формальных и медийно преувеличенных) огромные деньги, предназначенные для нашей страны в бюджете ЕС и фонде восстановления после пандемии, не потекут из Брюсселя в Варшаву. Разве что в других странах ЕС произойдет какое-то «политическое землетрясение».

Олег Хавич