Авторские статьиSep 1

Талибы вмешались в выборы во Франции и Германии

nk_hauz/DTdS1xV7g.webp
© AFP 2021 / Etat Major des Armees

Сегодня главы МВД стран ЕС в очном формате (что указывает на чрезвычайный характер дискуссии) должны обсудить, что им делать с грядущим новым потоком нелегалов (на этот раз из Афганистана), который должен достичь границ сообщества приблизительно через восемь-двенадцать недель. Не менее двух, но и не более трех месяцев, чтобы пройти несколько тысяч километров в поисках лучшей доли и убежища, оказавшись перед рубежами "европейского парадиза".

Границы, правда, будут заперты.

И тут не должно быть никаких иллюзий: и Германия, где до выборов осталось несколько недель, и Франция, где первый тур голосования назначен на середину апреля будущего года, больше всего боятся повторения сценария шестилетней давности, когда канцлер Меркель открыла ворота не только ФРГ, но и всего Евросоюза.

Тогда у находившихся у власти в Париже, Берлине и, главное, в Брюсселе были иллюзии насчет европейских возможностей ассимиляции миллионов нелегалов, как были и лозунги (и медийные рычаги, чтобы их продвигать), которые в тот момент помогли заморочить головы европейских обывателей.

Сегодня у элит в Европе нет ни первого, ни второго, зато они слышат отчетливо различимый ропот недовольного общества, считающего, что его фактически лишили дома.

Цифры, которые еще год назад приводил в своих опросах влиятельный французский IPSOS, никаких сомнений на сей счет не оставляют: свыше двух третей жителей Франции из-за притока нелегалов перестали себя чувствовать "как дома" в своей же собственной стране.

Вчера, за несколько часов до финальных звуков коды сокрушительного позора США, когда те положат конец своему 20-летнему присутствию в Афганистане, Франция (вместе с Британией) в последней попытке сохранить хотя бы видимость "плана эвакуации" инициировала внесение проекта резолюции для обсуждения на Совете Безопасности ООН. Она касается создания "буферной зоны", которая, по мысли уже проваливших все, что только можно провалить, парижских и лондонских дипломатов, должна позволить продолжить "усилия по эвакуации афганцев".

Макрон не успел толком это свое предложение сформулировать, как последовал ответ представителя движения Талибан*, который сообщил, что те, кто сегодня контролирует ситуацию в Афганистане, этого сделать никому не позволят, поскольку, как было подчеркнуто, "окажись в аналогичной ситуации Франция, Париж бы не приветствовал иностранное вмешательство в его внутренние дела".

В воскресенье вечером французский президент, давая еще одно интервью, уже TF1 (от жанра в обоих случаях — лишь название, журналисты задают вопросы, которые им диктовали в Елисейском дворце), выглядел утратившим и лоск, и элегантность. Положение, в котором он оказался, описывается известным выражением о желании сохранить невинность (ценности "правочеловеков") и приобрести капитал (выиграть грядущие выборы).

Но и в ситуации, когда каждый следующий ход на "большой шахматной доске" ведет к еще большему ухудшению позиции, Макрон не был бы представителем сегодняшнего европейского истеблишмента, если бы не позволил себе выпад, пусть и чуть закамуфлированный, в отношении России (а заодно и Китая).

Французский лидер сказал следующее: "при нынешнем положении каждый должен принять на себя определяемую моментом ответственность", призывая (или угрожая?) Москву и Пекин к согласованным (кем, кстати?) действиям.

Меркель, которой до личного "дембеля" остается 26 дней, но которая, разумеется, мечтает, чтобы ее партия пришла к финишу первой на выборах в бундестаг, заняла позицию куда как более осторожную. Она постаралась избежать громких деклараций, которые сегодня в Европе обычно предшествуют еще более громким провалам.

Ситуация с ассимиляцией полутора миллионов сирийцев выглядит отнюдь не блестяще, что бы по этому поводу ни писали авторы многочисленных "немецких волн", и даже, казалось, вытравленная ксенофобия, конденсируясь то тут, то там, дает о себе знать протуберанцами.

Политика, как полагал еще один германский канцлер, Отто Бисмарк, есть искусство возможного.

Судя по тому, что сегодня говорят и делают те, кто в ЕС решает судьбы сотен миллионов избирателей, политика из искусства выбирать опции, искать компромиссы, находить консенсус превратилась в игру привокзальных наперсточников, задумавших обмишулить случайных прохожих, когда те решили немножко поисполнять "гражданский долг".

Ложь — просто потому, что сказать правду решительно невозможно, подыгрывание тем, кто хочет, вильнув влево, потом качнуться и вправо, отсутствие любых принципов, а еще — поиск виновных в проблемах, созданных собственными руками, — такой пока выглядит будущая программа кандидата в президенты Эммануэля Макрона, если очистить сказанное от демагогии и увидеть суть.

Тем временем Марин Ле Пен (и сегодня об этом говорят не только открыто, но и с некоторым даже куражом) наращивает свой отрыв по возможным результатам первого тура.

Лидер "Национального объединения", у которой Макрон пытается стащить повестку дня в том, что касается ограничения нелегальной миграции, приходит первой.

С 26 процентами против 24, что получает нынешний обитатель Елисейского дворца.

Когда речь идет о том, чтобы вернуть себе чувство хозяина (или хозяйки) дома, то здравомыслящие, те, кто не играет с властями в наперстки, а думает о будущем собственной страны, голосуя так, как считают нужным, всегда предпочтут настоящее полотно, а не жалкую копиистику.

*Террористическая организация, запрещенная в России.

Елена Караева

Авторские статьи