Китай поставлен на счетчик?
Геополитикаstoletie.ru24 марта 2015

Китай поставлен на счетчик?

Американские аналитики разрабатывают планы «цветной революции» для Поднебесной.

Американский журнал «Forbes» только что опубликовал ежегодный список миллиардеров мира. В этом списке количество богачей достигло 1826 человек - на 181 миллиардера больше, чем в прошлом году. Из 290 новых миллиардеров четверть составляют китайцы. Что это – очередной триумф китайского экономического чуда или приговор коммунистической системы хозяйствования?

А американцев ответ на этот вопрос уже есть. Несколько дней назад его озвучил Wall Street Journal, рассказав о некоей закрытой встрече в Вашингтоне, на которой специалисты по Китаю заявили, что Коммунистическая партия Китая достигла конечной стадии перед ее развалом. Политический кризис второй экономики мира и ядерной державы немаловажная вещь. Поэтому важно, чтобы Вашингтон знал, что ему делать. Понятно, что делать надо так, как это уже было в Югославии, Грузии, Тунисе, Египте, Йемене, Ливии, как это есть в Сирии и на Украине.

Американский журнал The National Interest определяет это следующим образом: идти за «четвертое кольцо» Пекина, ковать связи с китайскими маргиналами и говорить о китайских правах человека, показывая китайскому народу, что у США есть «моральная ответственность за развитие Китая». И даже если крах Компартии Китая не состоится еще годы, такие меры помогут творцам политики в США быть «на правильном берегу истории». Почти дословно.

Если отбросить панамериканскую риторику, то журнал опубликовал настоящую инструкцию для Вашингтона в его отношениях с Пекином на ближайшие годы.

Эти меры могут показаться ординарными перед масштабной проблемой возможной политической нестабильности Китая и коллапсом всей правительственной структуры, считает Питер Маттис (Peter Mattis) в своей статье «Китай накануне коллапса. Вот как Вашингтон может использовать это к своей выгоде» в The National Interest. Но этот первый шаг, считает автор, станет сигналом для китайцев, что Вашингтон стоит и будет стоять с ними рядом. За этим должны последовать действия по разогреванию другого кризиса, как минимум на уровне протестов 1989 года – имеется в виду Тяньаньмэнь.

Если последовать за автором дальше, то для Вашингтона быть готовым к возможному свержению власти КПК значит предпринять серьезные усилия для исследования и планирования такого рода событий. Вопреки росту международного влияния Китая, в стране все еще есть условия, способные вызвать «социальное землетрясение». И будет моральной ошибкой игнорировать потенциал волнений, способных привести к смене режима, или иные политические кризисы, способные поколебать режим, и то, что Пекин может предпринять для предотвращения таких событий.

Что должен делать Вашингтон в свете этой радостной для него надежды? Постараюсь пересказать кратко, без деталей.

Первым делом установить те политические фигуры в Китае, на решения которых Вашингтон может повлиять. Грубо говоря, определиться с «пятой колонной» внутри страны: и в самой партии, и вне ее. Автор напоминает, что до вторжения в Ирак в 2003 году Совет нацбезопасности США (NIC) делал эту работу с начала 80-х годов. А применительно к Китаю такая работа еще вряд ли ведется.

Второй шаг – сформировать и регулярно пополнять досье на лидеров и их семьи, которое должно включать данные об уровне их жизни, средствах за рубежом, которые могут быть заморожены, а так же электронную и телефонную информацию, что для правительства США не составляет проблемы. Если КПК разрушается, то можно говорить с уверенностью, что некоторая часть ее кадров начнет думать больше об их собственном и семейном благополучии, чем о партии. Если такое исследование будет готово, сплоченность партийных рядов будет подорвана, так как каждый будет думать только о собственном спасении. И в этом случае возможность влияния на решения Пекина будет очень персонифицирована, а возможность Вашингтона контактировать и влиять на решения правительства, провинциальных лидеров и служб безопасности может стать критически важным для достижения цели.

Взгляните на последние новости из Поднебесной. На днях было объявлено о начале расследования в отношении 14 генералов китайской армии, подозреваемых в хищениях и злоупотреблении властью. Генералов, не прапорщиков! В январе арестован заместитель министра госбезопасности Ма Цзянь. Всего в прошедшем году под следствие попали 16 высокопоставленных военных чиновников КНР. В связи с обвинением в коррупции, конечно. И самое последнее известие - задержан генерал-майор Син Юньмин. Это – элита. Генерал возглавлял одно из ведомств военной разведки при Главном политическом управлении НОАК, занимал пост заместителя председателя Китайского общества дружбы с зарубежными странами и был членом Народного политического консультативного совета страны.

Два вывода отсюда следуют неизбежно.

Действительно, глубокое противоречие между идеологией социалистического равенства и практикой построения общества на основах рынка и частной собственности не выдумка философов, а жестокая реальность.

И чем дальше пойдет Китай по этому пути – а он пойдет, - тем это противоречие будет обрастать все большими казнями и расслоением общества. Поэтому расчет американских специалистов по Китаю верен. Хотя бы в этой части. И второй: 13 тысяч расстрелянных чиновников за последнее десятилетие есть верный знак того, что Пекин не хуже Вашингтона знает те самые «условия, которые могут вызвать социальное землетрясение», и принимает такие меры, от которых Европа может только судорожно вздрагивать.

Третьей задачей журнал The National Interest ставит определение способности китайских сил безопасности, местных и армейских, определить, когда волнения достигнут критической массы. По мнению американских специалистов, поскольку в динамично развивающейся в интересах США политической ситуации, в которую вовлекаются соответствующие технологии и активные «лояльные» граждане, силы безопасности могут не сработать. То есть, если даже придет приказ из Военного совета ЦК КПК о применении силы, перед командирами должен встать вопрос, надо ли им поддерживать существующее правительство, взять власть в свои руки или остаться в стороне. Поэтому США должны знать, кто из офицеров китайской армии поддерживает идею о том, что Народная армия Китая защищает нацию, но не партию.

Четвертой задачей американским политикам и аналитикам ставится необходимость заранее спланировать момент, когда Пекин будет принимать решение о том, что отдельные инциденты перерастают в кризис и требуется ли уже принятие решения из центра. Вашингтону критически важно знать, кто будет принимать такие решения на всех уровнях для того, чтобы влиять на события.

Задача номер пять – устанавливать контакты с китайцами, даже когда власть обрежет международную связь. Тут все надежды на интернет. А в случае его цензуры – на радиовещание из-за рубежа.

Собственно, и того, что уже стало достоянием общественности, достаточно, чтобы понять: в Вашингтоне считают, что пора действовать.

Итак, в новый список миллиардеров вошло немало китайцев. Ли Цзячэн, самый богатый китайский бизнесмен, владеет 33,3 миллиардами долларов США и занимает 17 место в списке. Китайский девелопер Ван Цзяньлинь с состоянием в 24,2 миллиарда занял 29 место в мире. А основатель компании «Алибаба» Ма Юнь за год пребывания на фондовом рынке увеличил прибыль в два раза, поднявшись в списке миллиардеров с 122 места на 33. Четверть новых миллиардеров – китайские предприниматели. Что из этого следует? Для самих китайцев – все большее отторжение партийной идеологии от реалий в жизни. Для остального мира – это не важно. Важно то, что Китай теперь дышит в спину США. И это опасно. Потому что почти все известные историкам войны начинались тогда, когда новая, растущая сила бросала вызов старой, правящей. «Неизбежной войну сделал рост афинского могущества и страх, который он вызвал в Спарте», писал Фукидид.

О «Капкане Фукидида» применительно к США и Китаю сегодня пишут едва не все аналитические издания в Америке.

Написал и китайский журнал «Военная история» китайской Академии военных наук (AMS). «Китай не Афины, а Соединенные Штаты не Спарта, - пишет журнал. – Китай еще только восходящая сила, не стремящаяся к гегемонии». Очевидное стремление сгладить опасную аналогию очень хорошо заметно. Китай – еще только развивающаяся страна, и разница в силе между Китаем и США еще очень велика, у Китая нет сил, чтобы одолеть Америку, но у него нет даже и намерения одолеть Америку с помощью войны. Как, собственно, и нет сегодня ничего похожего у Китая с Афинами и у США со Спартой. И, может быть, самый главный аргумент журнала состоит в том, что Китай и США обладают ядерным оружием, «поэтому большую американо-китайскую войну очень трудно представить».

Журналу в погонах, конечно, положено выражать, прежде всего, миролюбие. Но вот, что пишет профессор Китайского института современных международных отношений Йан Пенг (Yuan Peng). Тревожный период американо-китайских отношений сегодня говорит о психологическом давлении на Китай, который следует понимать как попытку его изолировать. А противодействие этому Пекина представляется как попытки выдавить американское присутствие из Азиатско-тихоокеанского региона. Трудно не заметить аналогий не только между Афинами и Спартой, но и между Германией накануне Первой мировой войны и Старым Светом.

Можно добавить сюда и валютные и торговые войны, которые в конце концов перерастают в войны настоящие, и стремление США обеспечить стабильность поставок нефти и сохранение долларового стандарта, и использование военной силы для сдерживания растущего экономического влияния Китая, и еще многое другое…

А спор Китая и Японии о богатых нефтью островах, в котором США поддерживают Японию? А то, что Япония грозится захватить ещё 280 островов, владельцы которых неизвестны? Учитывая, что в 2010 году Китай обошёл Японию, став второй по величине экономикой мира, ловушка Фукидида является вполне реальной угрозой из-за страха и ненависти, которые Япония испытывает к экономическому росту Китая.

Сейчас в Пекине проходит Всекитайское собрание народных представителей. Уже озвучены задачи КНР на 2015 год. Рост ВВП на 7 процентов, который нигде более в мире недостижим. Увеличение объёма внешней торговли. Увеличение на 10 процентов расходов на оборону. Очевидно, что в Китае хорошо знают о том, кто и почему поставил страну «на счетчик».

Специально для «Столетия»

Написать комментарий
💬 Последние комментарии
Отож
Верховный Главком - допризывник-уклонист,по сути - дезертир. Но "Мальбрук в поход собрался". Когда 9 Мая посмотрел военные парады 9 Мая,стало ясно,что лучше он назначил бы Главкомом Мендель на полставки.
гость
В 1990ых Дж.Мур обозначил концепцию стратегического планирования бизнес-экосистемы, которая с тех пор широко применяется в сообществе фин. и цифр.технологий. Основное определение взято из статьи Мура "Хищники и жертва: новая экология конкуренции" (англ. Predators and Prey: A New Ecology of Competition).
ЛУНА-2
Её добывали мы кровью. Ковали Победу в боях. Теперь же пытается кто-то Сыграть на солдатских костях. Мы все воевали за Родину. Мы были одной семьёй. Не вытравить чувство гордости За нашу Победу в войне Теперь же её пытаются На Украине отнять. Бандеровской власти выгодно историю переписать. С Днем Нашей ПОБЕДЫ,ребята! Когда- нибудь мы победим И Украину навечно от нечисти освободим.
Шахтёры в куев дошли или нет
Как там украинские шахтёры, до куева дошли? Или им долги по зарплате погасили? Обещались к 10-му мая прибыть, а не слуху ни духу...
е
Ха, ты про ущербную экономику Украины поведать не хочешь? А про Кравчука, Кучму, Юща? Не? А чего? Не плачено?)))
Луна-2
Его не в концлагерь надо Его надо в Хатынь и польский лагерь смерти -Освенцим , чтобы прочувствовал все это а потом уже зиговал нацикам и их прихвостням.
гость
Хлопцям с альтернативки для расширения исторического кругозора. Пушкин А. С. Очерк истории Украины // Полное собрание сочинений: В 10 т. — Л.: Наука. Т. 8. Автобиографическая и историческая проза. История Пугачева. Записки Моро де Бразе. — 1978. — С. 98—101. ОЧЕРК ИСТОРИИ УКРАИНЫ Sous le nom d'Ukraïne ou de Petite Russie l'on entend une grande étendue de terrain réunie au colosse da la Russie et que comprend les gouvernements de Tchernigov, Kiov, Harkov, Poltava et Kamenetz-Podolsk. Le climat y est doux, la terre féconde, elle est boisée vers l'occident, au midi s'étendent plaines immenses traversées par les larges rivières et où le voyageur ne rencontre ni bois ni collines. Les Slaves ont de tout temps habité cette vaste contrée. Les villes de Kiov, Tchernigov et Lubetch sont aussi anciennes que Novgorod-Veliki, ville libre et commerçante, dont la fondation remonte aux premiers siècles de notre ère. Les Polianes habitaient les bords du Dnièpre, les Severiens et les Soulitches les bords de la Desna, de la Seme et du Soula, les Radimitchs sur les rivages de la Soge, les Dregovitches entre la Dvina occidentale et le Pripete, les Drevliens en Volynie; les Bouges et les Doulèbes sur le Boug, les Loutichs et les Tiverces à l'embouchure du Dniestre et du Danube. Vers le milieu du 9 siècle Novgorod fut conquise par les Normands, connus sous les noms de Varègues-Rousses. Ces hardis aventuriers portèrent plus loin leur invasion, subjuguèrent tour à tour les peuplades qui habitaient les bords du Dnièpre, du Boug, de la Desna. Les différentes peuplades Slaves qui adoptèrent le nom de Russes grossirent l'armée de leurs vainqueurs. Ils s'emparèrent de Kiov; Oleg y établit le siège de sa domination. Les Varègues-Rousses se rendirent terribles au Bas-Empire et plus d'une fois leur flotte barbare vint menacer la riche et faible Byzaace. Ne pouvant les repousser par la force des armes elle se flatta de les attacher au joug de la religion — l'évangile fut prêché aux sauvages adorateurs de Peroune et Vladimir subit le baptême. Ses sujets adoptèrent avec une stupide indifférence la religion que préférait leur Chef. Les Russes devenues formidables aux peuples les plus éloignés étaient toujours en butte aux invasions de leurs voisins les Bolgars, les Petchenegues et les Polovtsi. Vladimir partagea entre ses fils les conquêtes de ses ancêtres. Ces princes dans leurs apanages étaient des délégués du souverain, chargés de contenir les émeutes et de repousser l'ennemi. Ce n'était pas là comme on voit le gouvernement féodal, système basé sur indépendance des individus et le droit égal au butin. Mais bientôt les rivalités, les divisions éclatèrent et pendant plus de deux cents ans durèrent sans interruption. La résidence du souverain fut transférée dans la ville de Vladimir. Tchernigov et Kiov perdirent peu à peu leur importance. Cependant d'autres villes s'élevèrent au midi de la Russie: Korsoune et Boguslave sur la Rossi: (gouvernement de Kiov), Starodub sur le Babentza (gouvernement de Tchernigov), Strezk et Bostrezk (gouvernement de Tchernigov), Tripol (près de Kiov), Loubny et Chorol (gouvernement de Poltava), Prilouk (gouvernement de Poltava), Novgorod-Seversky (gouvernement de Tchernigov). Toutes ces villes existaient déjà vers la fin du XIII siècle. Tandis que les petits fils de Vladimir le Grand se disputaient entre eux son héritage, et que les peuplades guerrières qui habitaient à l'Est de mer Noire venaient servir d'auxiliaires aux uns et partager les dépouilles des autres — un fléau inattendu vint frapper les princes et les peuples de la Russie. Les Tartares se présentèrent aux frontières de la Russie. Ils étaient précédés de ces mêmes Polovtsi qui chassés de leurs patûrages se refugiaient en foule auprès des princes qu'ils avaient tour à tour servis et dépouillés. Les princes s'assemblèrent à Kiov, la guerre y fut résolue, la multitude accourut de toute part et se rangea sous leurs drapeaux. Georges, grand prince de Vladimir, fut le seul qui ne voulut pas prendre sa part des dangers de cette expédition. L'affaiblissement des apanages était les fruits qu'il en attendait. L'armée des princes réunie aux Polovtsi s'avança contre un ennemi inconnu et déjà redoutable. Des envoyés Tartares parurent sur les bords du Dnièpre au moment où l'armée russe en effectuait le passage. Ils proposèrent aux princes l'alliance contre les Polovtsi; mais ceux-ci usèrent de leur influence et les envoyés furent égorgés. L'armée avançait toujours; cependant les dissentions ne tardèrent pas à s'y élever. Les deux Mstislav, le prince de Kiov et celui de Galitz en vinrent à une rupture ouverte. Arrivé sur les bords de Kalka (rivière du gouvernement de Iekaterinoslav) Mstislav de Galitz le passa avec ses troupes, tandis que le reste de l'armée sous la conduite du prince de Kiov se retrancha sur le bord opposé. Le lendemain (31 mai 1224) l'ennemi parut — et la bataille s'engagea entre l'armée tartare et le corps avancé composé des troupes du prince de Galitz et des Polovtsi. Ceux-ci plièrent d'abord et portèrent le désorde dans les rangs des Russes. Ceux-ci combattaient encore, animés par l'exemple du brave Daniel de Volynie, mais l'orgueil insensé des princes fut cause de leur perte: Mstislav de Kiov n'envoya pas de secours au prince de Galitz et celui ne voulut pas en demander. Bientôt tout fut en déroute, les Polovtsi en fuyant tuaient les Russes pour les dépouiller à la hâte. Les Russes repassèrent le Kalka poursuivis par les Tartares et dépassèrent le camp du prince de Kiov qui, spectateur immobile de leur défaite, comptait encore sur ses propres forces pour repousser les vainqueurs qui bientôt l'entourèrent. Les Tartares entamèrent une négociation à la faveur de laquelle ils s'emparèrent du camp. Le carnage fut horrible. Mstislav et quelques autres princes subirent un sort affreux. Les Tartares, après les avoir liés et couchés par terre, les couvrirent d'une planche et s'assirent dessus en écrasant tout vifs. Ainsi périt une armée naguère si formidable. Les Russes furent poursuivis jusqu'à Tchernigov et Novgorod-Seversky. Tout fut livré aux fer et aux flammes. Tout à coup les vainqueurs s'arrêtèrent et leurs hordes se retirèrent vers l'Est où ils rejoignirent la grande armée de Tchingis-han campée alors en Bukharie." - конец цитаты. прим. Написано Пушкиным в 1831 году. Интерес поэта и переводчика к истории Украины может быть отнесен еще к 1829 г., когда 28 апреля М. П. Погодин писал С. П. Шевыреву: «Пушкин собирается писать историю Малороссии». В это время печаталась поэма «Полтава», и Пушкин, располагая тогда списком рукописи «История руссов», найденной в 1824-1825 гг., долгое время считавшейся трудом Георгия Кониского и, вероятно, по цензурным условиям не печатавшейся, предполагал подготовить ее к печати и издать; однако работа над подготовкой к изданию этого текста задержалась, а затем и вовсе приостановилась. Следом подготовительной работы над этим памятником остался написанный Пушкиным очерк истории Украины, а также следующий план: Что ныне называется Малороссией? Что составляло прежде Малороссию? Когда отторгнулась она от России? Долго ли находилась под владычеством татар? От Гедимина до Сагайдачного. От Сагайдачного до Хмельницкого. От Хмельницкого до Мазепы. От Мазепы до Разумовкого. Этот очерк и план представляют собою пересказ отдельных мест I-III томов «Истории государства Российского» Карамзина и первых глав «Истории Малой России» Д. Н. Бантыша-Каменского. В частности, из труда Д. Н. Бантыша-Каменского целиком выписаны абзацы от слов: «Les Polianes habitaient: до...» «Danube» и изложение событий о разорении половцами Киева и Чернигова. Из «Истории руссов» Пушкин воспользовался периодизацией событий для наброска плана, целиком следуя изложению рукописи «Истории руссов», а не изложению Карамзина и Бантыша-Каменского. Из «Истории руссов», например, взят период «От Сагайдачного до Хмельницкого», которого нет у названных историков.