Геополитикаoko-planet.suFeb 2

Мир летит в тартарары: Британия вышла из ЕС

nk_hauz/-m-27lvreykfgfudlr4m.jpg

Тема брэксита несколько отошла на второй план на фоне ирано-американской стычки и разгула коронавируса в Китае. И не особо замеченной прошла новость о том, что 29 января Европарламент абсолютным большинством одобрил выход Британии из Европейского союза, а Совет Европы подтвердил это решение. Ранее после нескольких лет внутриполитических баталий, инициативу одобрил парламент Великобритании, а затем документ подписала и королева Елизавета. Что будет дальше?

В полночь 31 января Британия официально покинет Евросоюз. Так завершится эпопея, которая началась с подачи премьер-министра Дэвида Кэмерона 23 июня 2016 года – тогда прошел референдум о выходе из ЕС и 51,9% британцев поддержали эту инициативу. Однако затем процедура погрязла во внутриполитической рутине, которая очень скоро в обществе перестала вызывать что-либо кроме раздражения. У пришедшей на смену Кэмерону Терезы Мэй за три года так и не получилось согласовать в парламенте условия выхода из ЕС, и в мае 2019 года Мэй ушла в отставку. Ее преемником стал бывший министр иностранных дел Великобритании Борис Джонсон, который объявил безоговорочный брэксит до 31 октября 2019 года. Однако вскоре эксцентричный премьер загнал себя в угол, единственным выходом из которого были досрочные парламентские выборы.

Джонсон пошел ва-банк, изрядно рискуя, потому как выборы не сулили ничего хорошего для консерваторов с их «бесконечным брекситом». Тем более, что перевес у евроскептиков на референдуме был совсем не выдающийся – 3,8%, а вот настроения за прошедшие три года могли и измениться. И на этом пытался сыграть лидер лейбористов Джереми Корбин, продвигавший идею повторного референдума. Однако результаты превзошли все ожидания – консерваторы получили рекордные 365 мест в Палате общин, а лейбористы потерпели сокрушительное поражение. Результат лучше был только в 1983 году в бытность премьером Маргарет Тэтчер, когда консервативная партия получила 397 мест. Большинство в парламенте фактически обеспечило Борису Джонсону мандат на брэксит. И своего премьер добился. Британия выходит, евроскептики ликуют.

В свою очередь объяснить эти настроения и жажду бескомпромиссного брексита – не трудно. За полвека евроинтеграции из «мастерской Европы» Британия превратилась в крупного импортера европейской продукции. По сравнению с 1950 годом доля промышленности в структуре ВВП уменьшилась с 50% до 18% в 2018 году. За последние 20 лет у Соединённого королевства сложился отрицательный торговый баланс со всеми ключевыми европейскими экономиками: с Германией, Францией, Италией, Испанией и т.д. В целом отрицательное сальдо торгового баланса Британии и Евросоюза в 2018 году составило почти 135 млрд. долларов. Хотя в 2001 году этот показатель составлял только 15,3 млрд. долл. Сегодня эти перекосы едва ли компенсируются дорогой английской недвижимостью, банковскими услугами и офшорами. Наконец, для бюджета Евросоюза Британия является крупнейшим донором. К примеру, в 2007-2013 годы взносы Лондона составили 57 млрд. евро. Больше обеспечила только Германия – крупнейшая экономика ЕС.

Впрочем, подписание брэксита еще далеко не финал истории. Вскоре Лондон и Брюссель должны начать двусторонние переговоры по новым соглашениям. Если старые отношения разрушены, значит нужно выстраивать новые. На это предусмотрен целый год переходного периода, в пределах которого все правовые и экономические аспекты будут оставаться в силе. Главный вопрос – удастся ли Британии сохранить с Европой таможенный союз и свободное перемещение товаров, людей и капитала? Или же Лондон реализует жесткий сценарий окончательного развода. Есть и интрига, связанная со сроками переговоров: завершится ли переходный в 2020 году или будет продлеваться. Надо сказать, здесь все будет очень сложно. ЕС, крайне обиженный и разочарованный демаршем Британии, едва ли заинтересован сохранять прежний уровень экономической интеграции. Для Брюсселя январские события нанесли сильнейший удар по объединенной Европе. Евроскептические настроения – не особенность британского общества, а довольно устойчивый тренд, который нарастает повсеместно: и на европейской периферии, и в странах Западной Европы. Британия может оказаться лишь первой ласточкой и предвестником дальнейшей дезинтеграции Евросоюза. Значит «предателям» пощады не будет – Брюссель с удовольствием покажет, какую цену платят отступники.

Между тем, экономические последствия брэксита – абсолютная ахиллесова пята Британии. Если Лондон не договорится о судьбе единого таможенного пространства с ЕС, то уже в 2021 году Европа введет пошлины на английские товары. Разумеется, это нанесет серьезный удар по английской индустрии и повлечет за собой многочисленные банкротства компаний и потерю рабочих мест. К слову, многие компании уже бегут с «тонущего корабля», меняя английскую прописку на немецкую или ирландскую. Неизбежен и уже ощутимый отток капитала. Ответные пошлины придется ввести и Лондону, а это спровоцирует серьезную инфляцию, учитывая импортозависимость британской экономики. Вероятно, что в случае жесткого финала брэксита окончится и «золотая эпоха» лондонского Сити. Этот глобальный финансовый центр работает исключительно в связке с большим финансовым рынком Европы. Автономно он будет играть роль локального финансового центра, неинтересного крупным игрокам. Суммарные потери экономики оцениваются в 3-9% ВВП, и нельзя сказать, что это предел.

Ключевой вопрос такого сценария очевиден: каким образом британские власти намерены компенсировать потенциальные экономические потери? И ответить на него весьма не просто. Те диспропорции, которые копились в британской экономике на протяжении десятилетий едва ли можно исправить сиюминутным разрывом с ЕС. Даже те выгоды, которые Лондон получает в виде освобождения от взносов в европейскую казну, не получиться быстро сконвертировать в новый успех. Возрождение промышленности в постиндустриальной стране – фокус, который еще ни одно государство пока не проворачивало. И куда проще предположить, какими рынками будет заменен европейский. Британии придется переориентировать свои внешнеторговые контакты на Китай, Ближний Восток и в Африку. Однако это едва ли можно будет назвать «легкой прогулкой». Пробиться на эти рынки уже не так просто, как десятилетиями ранее. Кроме того, на этих направлениях Лондон столкнется с интересами США и других стран, окучивающих эти регионы мира.

В общем, Британию ждет долгий и тернистый путь в случае наиболее радикального сценария окончательного разрыва с Европой. В то же время, отыграть обратно выход из ЕС будет практически нереально и чревато глубоким политическим и экономическим кризисом. Брюссель не упустит возможность переиграть этот вопрос так, что весь предшествующий опыт членства в ЕС покажется британцам сказкой. Любые попытки пойти на мировую для Лондона будут осуществляться с заведомо невыгодной переговорной позиции – из-за порога европейского дома. Так или иначе, это будет тотальный проигрыш, который обесценит всю действующую политическую систему Британии. Стало быть, в ближайшие годы у страны один верный путь – в свободное плавание.