NYT: Вашингтон превратил доллар в оружие против Европы — и она не знает, как себя защитить
Геополитикаinosmi.info16 марта 2021

NYT: Вашингтон превратил доллар в оружие против Европы — и она не знает, как себя защитить

Ставшие в последние годы излюбленным внешнеполитическим инструментом американских властей «вторичные санкции», которые бьют по компаниям и странам, ведущим дела с субъектами основных экономических мер Вашингтона, слишком часто наносят удар по союзникам США в Европе, пишет NYT. Как отмечает обозреватель издания, в ЕС уже заговорили о том, что нужно укреплять «стратегическую автономию» от США, однако реального представления о том, что делать, там пока нет — а между тем, вторичные санкции вскоре может начать использовать и Китай.

Хотя администрация нового президента США Джо Байдена в контактах с Евросоюзом старается вести себя дружелюбно, делая заявления о возобновлении сотрудничества и приостанавливая обмен пошлинами в связи со старым конфликтом между Airbus и Boeing, готовность Вашингтона наказывать своих европейских союзников, накладывая на них санкции в рамках достижения собственных внешнеполитических целей продолжает отравлять американо-европейские отношения, пишет европейский корреспондент NYT Стивен Эрлангер.

«Эта напряжённость имеет подспудный характер, служа напоминанием об ассиметричной мощи США — и особенно это верно, когда речь идёт о так называемых вторичных санкциях, — поясняет журналист. — К примеру, хотя основной мишенью санкций могут быть Иран и Россия, вторичные санкции также наказывают прочие страны и компании, которые ведут с ними дела, и эти государства и предприятия зачастую оказываются как раз европейскими».

Вторичные санкции, которые всё чаще применяет конгресс США, в последние годы применялись для «принуждения» союзников к тем или иным шагам по самым разным вопросам, включая строительство газопровода «Северный поток — 2», иранскую ядерную программу и действия «социалистических» правительств Венесуэлы и Кубы, напоминает автор. Как подчёркивает Эрлангер, самые серьёзные опасения в отношении подобных мер связаны с тем, что Вашингтон в какой-то момент использует их против Китая, а то и сам получит такой удар от Пекина, в результате чего Европа окажется «стиснутой» между ними.

Вторичные санкции предполагают закрытие доступа к американской банковской системе, что является весьма «действенной угрозой» из-за центрального характера этой системы и глобального влияния доллара, рассуждает корреспондент NYT. Превращение американской валюты и министерства финансов США в оружие представляет большую опасность для Европы, поскольку та полагается на открытые рынки. Из-за этого в европейских столицах развернулись серьёзные дискуссии по поводу того, как защитить континент и заодно евро от «прихотей» Вашингтона, а также создать «стратегическую автономию», чтобы Европа могла отстаивать собственные интересы, пишет журналист

Как отмечает Эрлангер, в прошлом месяце правительство Евросоюза объявило о принятии мер по укреплению «инструмента сопротивления принуждению», предназначенного для борьбы с «нечестными торговыми практиками», которые используют и Китай, и США. Несмотря на то, что Европа предпочитает решать торговые споры через международные институты, «пока происходит такое урегулирование, мы не можем себе позволить оставаться беззащитными», прокомментировал эти шаги комиссар по вопросам евро, социального диалога и человекоориентированной экономики Валдис Домбровскис.

В свою очередь, верховный представитель Евросоюза по иностранным делам и политике безопасности Жозеп Боррель ранее осудил применение Вашингтоном вторичных санкций против европейских компаний, которые ведут деятельность в полном соответствии с законами. «Когда в плане внешней политики и политики безопасности есть общие цели, скоординированное с парнёрами применение целевых санкций превращается в очень ценный инструмент, — цитирует Борреля корреспондент NYT. — Если же возникают какие-то разногласия по политике, Европейский союз всегда открыт для диалога. Но в случае угрозы применения санкций такого диалога быть не может».

Подобные возражения, впрочем, так и не помешали американским законодателям снова и снова прибегать к вторичным санкциям, в том числе и по вопросу «Северного потока — 2» — американские сенаторы даже писали напрямую в администрацию маленького портового города Засниц, где базировались работавшие над строительством газопровода корабли-трубоукладчики, угрожая задействовать в отношении порта «разрушительные» экономические меры, напоминает Эрлангер

Как заявил в беседе с корреспондентом NYT сотрудник берлинского аналитического центра «Европейский совет по международным отношениям» Джонатан Хакенбройх, способность правительства США закрывать доступ к американскому рынку и доллару является «огромным источником политической власти». По словам Хакенбройха, который изучал вопрос в рамках проекта с участием высокопоставленных немецких и французских чиновников, желающих сократить уязвимость Европы, практически любая компания, ведущая дела с американскими партнёрами или же пользующаяся банковской системой США, в случае угрозы применения санкций попытается выполнить все требования американского правительства ради того, чтобы уберечь эти связи — и порой доходит даже до «чрезмерной уступчивости».

По мнению директора Германского совета по международным отношениям Даниэлы Шварцер, «моментом истины», после которого европейцы осознали свою уязвимость, применение Трампом вторичных санкций против Ирана. «Будут ли еврпейцы доверять Байдену? Готовы ли они вновь довериться США? Но никто ведь не знает, что будет после Байдена, — отметила Шварцер в интервью NYT. — А нам ещё нужно думать о том, как быть, если вторичные санкции начнёт применять и Китай, так что дискуссия продолжается».

Как полагает директор итальянского Института международных отношений и советница Жозепа Борреля Натали Точчи, крайне негативное отношение к вторичным санкциям со стороны Европы связано с «осознанием нашей собственной внутренней и экономической хрупкости». А поскольку Дональд Трамп использовал такие меры очень обильно, «мышление, которым руководствуются компании и политики, уже безвозвратно изменилось, и как прежде уже не будет, даже если Байден эти санкции применять не станет», — цитирует Точчи корреспондент NYT.

Хотя тот же Жозеп Боррель в минувшем декабре писал, что Европе следует развивать международную роль евро, чтобы не ей не пришлось под давлением вторичных санкций нарушать собственные законы, на деле в то, что евро сможет в ближайшее время — да и вообще — стать серьёзным конкурентом для американского доллара, почти никто не верит: европейской валюте мешают медленный рост экономики ЕС, внутренние разногласия по поводу того, какими методами укреплять евро, а также растущая мощь Китая и его юаня, перечисляет Эрлангер. В Пекине же, по всей видимости, начали «усваивать уроки» — с некоторых пор КНР также стала применять карательные экономические меры против отдельных стран, включая Австралию и Швецию, подчёркивает журналист. Как отмечает Джонатан Хакенбройх, в глазах Европы и Германии, которые стоят на экспорте, «миропорядок, основанный на законах, разваливается, и там начинают беспокоиться, что аналогичный шантаж теперь будет идти и от Китая».

Как подтверждает экс-директор Федерации немецкой промышленности по внешней экономической политике Сторми-Анника Милднер, немецкие компании действительно опасаются вторичных санкций — и, в особенности, в случае наращивания конфронтации между Вашингтоном и Пекином. Учитывая скромный объём иранской экономики, эффект вторичных санкций оказался для немецких предприятий достаточно слабым — а вот если США введут такие же санкции против Китая, и немцам придётся выбирать между американским и китайском рынками, их положение окажется уже «паршивым», приводит корреспондент NYT слова Милднер. «Если нужно будет выбирать между двумя крупнейшими рынками, Америкой и Китаем, это же выходит половина всего достатка, — вторит ей Джонатан Хакенбройх. — А через десять лет Китай будет занимать ещё более центральное положение в мировых экономических системах; быть может не настолько центральное, как США, но он будет на пути к этому».

Даже вторичные санкции против Ирана уже оказались крайне болезненными — к примеру, французской Total после выхода Трампа из «ядерной сделки» с Ираном и восстановления санкций против Тегерана, пришлось отказаться от крупного инвестпроекта на иранской территории, в результате чего компания понесла убытки в размере $2 млрд; тем временем, Siemens из-за того же решения Трампа потеряла $1,5 млрд, а Airbus — $19 млрд, пишет автор. И хотя Джо Байден пообещал вернуть США в ядерную сделку, он заявил, что санкции не будут сняты до тех пор, пока Тегеран не начнёт соблюдать её условия, поэтому европейские корпорации предпринимать какие-либо действия пока не спешат, отмечает он.

Как заявил в интервью NYT директор европейской исследовательской организации Bruegel Гунтрам Вольф, лучшим способом не дать другим применить против себя вторичные санкции являются симметричные ответы. «Для того, чтобы сохранить авторитет, нужно поддерживать принцип взаимности, а единственный путь к этому — отвечать ударом на удар», — пояснил эксперт. «Но в политике всё сложнее, — добавил он, имея в виду ассиметричную мощь американского минфина и глобальную роль доллара. — Реальная ситуация такова, что единой европейской державы, которая бы могла демонстрировать свою силу в таком масштабе, просто нет».

По мнению Вольфа, несмотря на то, что «Северный поток — 2» не слишком нравится и многим европейцам, их всё равно вынуждает вставать на защиту проекта сам Вашингтон, применяя вторичные санкции в отношении европейских компаний и даже городов вроде Засница. «ЕС воспринимает такое, как выпад не просто в адрес одного города, а в адрес всего Евросоюза, — отметил аналитик. — А если бы применялась тихая дипломатия, то можно было бы достичь гораздо большего, чем сейчас».

По всей видимости, Джо Байден эту истину усвоил, ведь он желает уладить вопрос миром и наконец наладить отношения с Германией — если ему, конечно, позволит это сделать конгресс, предполагает Эрлангер. А тем временем, споры о том, как Европа может демонстрировать собственную мощь и защищаться от более крупных и мощных держав — союзников ли или противников — никуда не денутся, констатирует журналист.

Написать комментарий
💬 Последние комментарии
Голубые каски Голоднюка
А ещё Путин ест! Это возмутительно! Безобразие!
Елена
Если коротко Хохлов,без всяких там вокруг да около,силой побеждают или навязывают, всё, другого нет, только кнут и пряник, третьего не дано,это Хохлов касается всего,а пустопорожние разговоры это просто сотрясание воздуха.
Елена
Роджер же жопу там рвал что экономика России ого-го какая,пятая в мире,и что в прошлой де стране, второй экономике мира между прочим жрать было нечего,не знаю я такого и у меня и родителей и знакомых всегда было и мясо и колбаса , всё было,и никто не крал , чтобы он ,этот Роджер не оговаривал ,а сейчас по ходу в России ничего не изменилось,так всё и держится на оружии и на экспорте углеводородов и страна по размерам скукожилась и людей и союзников сколько потеряла,а олигархов заимела,ха, днище тот Роджер.
гость
Хлопцвм с рустрата желательно бы ещё, кроме методов экстраполяции ещё освоить семантический анализ. Чтобы начинать преамбулу своих статей не с противоречивых логических суждений. Экстраполяция работает вне временных рамок, апроксимация в них, но это не значит, что они (факты) не должны быть строгими в каких-либо рамочных или безрамочных прогнозах. Например - "Существующий экономический уклад приводит политику в состояние перманентного конфликта, где воронка конфликта расширяется, зона возможных соглашений сужается, а технологии согласования не работают." На логическом языке это упрощённо звучит как ∃А⊃В->∀C, B⋂{С|∀С}->∞, {D}->0, {E|∀D}∈{}. Интуитивно семантика говорит, что такое может в целом быть, как в экономическом укладе (А), так и в политике (B), не говоря за конфликты (С), политические соглашения (D) и их полит.технология (E). Но интуиция плохой советчик, когда речь заходит за экстраполяцию - даже упрощённая, не насыщенная условиями, ограничениями и временными рамками формула показывает, что это частный случай сплошных противоречий. А значит вывод не может быть перенесен на все извлечённые из неё объекты - экстраполяция нарушена. Не, оно понятно, что всякая экстраполяция приближённая величина, но не до такой же степени! Желание политологов, публицистов и прочих стратегов всё свести в одну точку, к одному политику, к данному объективно экономическому укладу, или решить все их противоречия одним конфликтом, или придумать какую-то одну "волшебную таблетку от всего" в качестве полит.технологии, и ещё им хочется чтобы это было всегда - как обычно играет с ними дурную шутку. Кто сказал, что существующий эконом.уклад ведёт именно к такому результату? Что, другого нет? - да есть, вон Китай под боком, или Ес якась со своими тараканами. Такими накрученными политиками, что они уже и сами не понимают - "где кончается политика, а где начинается конфликт?". Тоже мабуть интуитивно подозревают, что им будет полный пушной ата-та и ой-вей - "умри ты сегодня, а я завтра". Или вот, почему "основными источниками глобальных угроз станут Украина, Северный поток1/2 и война США с Китаем"? С чего бы это, нет других инспирированных извне проблем? - да ролно. Ясно, что включенный балтийский транзит убирает с карты Европы Украину, в достаточно узком качестве транзитёра-гешефтмахера, отбившие уже сотню раз свои "незалежные инвестиции". А значит Сша это и выгодно и невыгодно (откуда и происходит их двуречивая политика) - экономически и политически. Прежде всего невыгодно в их протитвостоянии проекту КНР - один пояс один путь куча транзитов мимо американских и английских корпораций. А выгодно, так как надо начинать всё заново - так сказать "слова дешевы, а патроны стоят денег". Но опять же - это работает только в парадигме "наш дом газпром". Для всеобщего экономического уклада всякое нефтегазовое СП - это ничтожно малая величина, за которую тем не менее ведут удалённые войны и "перманентные конфликты". В общем ещё раз итого, апроксимация политики 2020 на летний период 2021 на всех если и распространяется, то только в первом - очень ограниченном приближении. Конфликт должен созреть и даже немного перезреть - только тогда он становится перманентным, а чья-то там воронка становится бесконечной. Как говорится, стабильность - это когда позади всегда великое прошлое, впереди прекрасное будущее, а сейчас - беспощадное настоящее.
Игбун Хохлов
Нет идеологии нацизма в госполитике? Зеля нациков не прославляет? Ну и что, что он жид? Бандера тоже жидом был. Это не мешало ему быть хохлолнациком и убивать таких же жидов, как он сам. Да и сам Алоизович из жидов был. Жид козломойский - папа нацистского "правового сектора". Нацисты тягнибок, фарион, дроздив, парашенко - все жиды. P. S. Жиды - это не евреи. В Чехии, Словакии, Польше, Хорватии (например, в Познани, Братиславе, Дубровнике) полно Жидовских кварталов и улиц. Что-то я ничего не слышал о разжигании межнациональной розни. Этот срач хохложиды придумали.
Саня
"Холодное лето" будет жарким...
Елена
Ну какая идеология нацизма? нет её в государственной политике,вон кто сидит в кресле президента?кто глава МВД ,,а сколько крупных бизнесменов не этнические украинцы,так что не надо , например Весёлый Роджер он украинцев так и называет хохлами ,а евреев жидами,а это между прочим разжигание межнациональной розни,а за это предусмотрена статья Ук,вот где нацист ,притом самый настоящий,его место давно под шконкой и кукарекать ему там с первыми петухами,ха.мерзавец.