Дистанционное обучение школьников: в 17 тысячах населенных пунктов Украины нет качественного интернета
Обществоukraine.fakty.ua19 сентября 2020

Дистанционное обучение школьников: в 17 тысячах населенных пунктов Украины нет качественного интернета

Учебный год начался всего три недели назад, а на дистанционное обучение из-за COVID-19 уже перешли десятки школ и сотни классов по всей стране. По данным Кабмина, уже сейчас на карантине находятся пятьсот классов (коронавирус обнаружили у 250 учеников и 300 учителей). Каждый день появляется информация об очередных случаях заражения школьников и преподавателей. И это только начало. Статистика заболеваемости коронавирусом неутешительная (по количеству заболевших COVID-19 Украина занимает 25-е место в мире).

Учебные заведения вынуждены переходить на дистанционную форму обучения. Но возможно ли дистанционное обучение в нашей стране? Не домашнее, а именно дистанционное (когда ученики получают полноценные онлайн-уроки, а не задания от учителя по «Вайберу»). А для жителей многих сел даже «Вайбер» — роскошь. В 17 тысячах населенных пунктов нет качественного оптического Интернета, и уроки онлайн там в принципе невозможны. Обещанная властями еще до пандемии всеукраинская платформа дистанционного образования по сей день не создана, поэтому даже ученики большинства городских школ не могут рассчитывать на полноценное дистанционное обучение. Почему власти не сделали никаких выводов после «карантинной» весны и сейчас, в сентябре, школы оказались абсолютно не готовыми к учебному году в условиях пандемии коронавируса?

«ФАКТЫ» выясняли подробности и искали ответы на эти больные вопросы.

«Наше село находится всего в 20 километрах от Львова. Но с Интернетом и техническим обеспечением здесь беда»

Наталья — учитель английского языка и педагог-организатор в средней школе в селе Каменка-Бугского района Львовской области. Ее школа пока еще работает. Но эпидемическая ситуация в регионе неблагоприятная, поэтому женщина не исключает, что скоро и они могут уйти на карантин.

— Если это произойдет, будет очень сложно, — рассказала «ФАКТАМ» Наталья. — Весной мы в этом убедились. Наше село находится всего в 20 километрах от Львова. Вроде бы совсем рядом, но с Интернетом и техническим обеспечением здесь беда. Я — классный руководитель в 9 классе, и среди учеников моего класса есть те, у кого вообще нет никаких гаджетов — ни компьютеров, ни мобильных телефонов (даже кнопочных). Представьте ситуацию, когда смартфон в семье есть только у мамы, и дети (а их в семье трое) могут воспользоваться им только вечером, когда мама возвращается с работы. Или, например, у учителя дома есть один компьютер. Но еще есть и ребенок-школьник, которому этот компьютер необходим для своих дистанционных занятий. Маме нужно проводить уроки, ребенку учиться, а гаджет один.

— Что делали ученики, у которых нет гаджетов?

— Ничего. Они не присутствовали на уроках. У меня в классе была такая девочка, и я каждые полторы-две недели сама к ней приезжала — привозила задания и фотографировала то, что она уже выполнила. Фотографии ее работ потом рассылала учителям, чтобы они могли поставить ей оценки.

И это была далеко не единственная проблема. У нас в селе есть интернет-провайдер, и до того, как началось дистанционное обучение, нас более-менее все устраивало. Но, когда все одновременно с компьютеров и телефонов стали заходить в Интернет, начались проблемы. Сигнал был очень слабым, приходилось долго ходить по дому и искать точку, где ловит Интернет. Такие программы, как Zoom, зависали. Некоторые дети вынуждены были идти домой к одноклассникам (и нарушать карантин), где сигнал был немного лучше. Из-за того, что Интернет постоянно зависал, дети нервничали, психовали. Например, я составляла для них тесты на образовательной платформе «На Урок». Эти тесты они должны были пройти за определенное время. Но система зависала, и дети могли сдать тест только со второй или третьей попытки. Уже были и слезы, и крики: «Я не буду, ставьте мне двойку!», и звонки от родителей… Это было мучение, а не учеба.

К тому же, когда весной нас перевели на дистанционное обучение, оказалось, что большая часть учителей-пенсионеров вообще не умеют пользоваться компьютерами. Они понятия не имели, что такое Zoom, как работать в программе Google Classroom. Их в авральном режиме консультировал наш учитель информатики. Хотя есть учителя, которые все равно не стали всем этим пользоваться и ограничивались тем, что давали детям темы «для самостоятельного изучения». Одной учительнице приходилось два раза в неделю приходить в школу, потому что дома нет компьютера. Составляя расписание, мы подстраивались под нее. Иногда и под родителей учеников. Например, я проводила уроки английского для третьеклассников только по вечерам. У большей части третьеклассников нет гаджетов, и они не могли сами зайти в Zoom. А я как учитель английского не могу просто дать им задания — мы должны разговаривать на английском. Поэтому приходилось ждать, когда их родители вернутся с работы и включат Zoom. Многие родители были недовольны уроками в семь часов вечера, но иначе никак не получалось.

«Не успел начаться учебный год, как уже два класса вынуждены были уйти на карантин»

— А дети? Им удавалось сконцентрироваться и контактировать с учителем через экран?

— Кому как. Я принципиально не проводила урок до тех пор, пока все, кто подключился, не включали камеры и звук, — продолжает Наталья. — Я должна была видеть и слышать ребенка. Но из 13 учеников моего класса присутствовали онлайн, как правило, не больше 8—10 человек. Кто-то не мог подключиться из-за отсутствия гаджета или плохого сигнала, а кто-то — из-за того, что родители так и не поняли, что у нас дистанционное обучение, а не каникулы. Когда выясняла, почему некоторых детей не было онлайн, их родители говорили: «Так дети были на картошке. Весна же». «А вы представьте, что они в школе. С 9:00 до 15:00, как положено», — говорю. «Но они же дома. И мне на огороде нужна помощь», — слышала в ответ.

Потом эти же родители заявляли учителям: «Вы ничего не делаете и при этом получаете зарплату. Так платите лучше мне, все равно я сижу с ребенком и учу с ним уроки». Хотя я в период карантина работала, наверное, даже больше, чем в обычное время. А получала меньше (из-за отмены надбавок за классное руководство, ведение и проверку журналов и так далее потеряла около двух тысяч гривен). Были и родители, которые заявляли: «Я не хочу, чтобы мой ребенок долго сидел перед компьютером и портил себе зрение». Такой неадекватный подход только усугублял и без того непростую ситуацию.

У первоклассников дистанционного обучения, считайте, вообще не было. С ними не было онлайн-связи. Их технику чтения учителя проверяли по телефону.

К сожалению, все это привело к тому, что за карантин дети ничего не выучили. Хотя я действительно старалась, не пропускала ни одного онлайн-урока, все время была на связи. Но из-за всех этих проблем дети так и не смогли сконцентрироваться и усвоить материал.

Хуже всего то, что с весны ничего не изменилось. Техническое обеспечение не улучшилось, все проблемы остались. Остался и коронавирус, который рано или поздно нас всех вернет на карантин. А у учителей и учеников как не было нормальных гаджетов и Интернета, так и нет. За полгода не появилось даже четких установок от Министерства образования о том, на каких именно онлайн-платформах нужно проводить уроки, какими пользоваться программами. Кому-то из учителей удобнее проводить уроки в «Вайбере», кому-то — в Zoom. Кто-то выбирает платформу «На Урок», кому-то больше нравится другая платформа. А у детей голова идет кругом: с одним учителем работаем так, с другим иначе. Это неправильно. Процесс должен быть понятным и организованным. Но даже здесь ничего не изменилось. Никто за полгода не позаботился и о том, чтобы «подтянуть» учителей по технической части. У нас один учитель информатики на три села. Он не может разорваться, каждому учителю установить нужные программы, да еще и научить ими пользоваться. В марте коронавирус застал нас врасплох. Но с тех пор прошло уже полгода! А проблем меньше не стало.

— У нас в селе вообще нет проводного Интернета, — рассказала «ФАКТАМ» мама семиклассника Мария из села Бобровицкого района Черниговской области. — Мобильная связь ужасная. Чтобы поймать мобильный Интернет, дети днем бегают с телефонами к вышке. Там хотя бы могут зайти в «Вайбер» и посмотреть домашние задания. В отличие от многих сельских мальчишек, мой Ваня любит и хочет учиться, планирует поступать в университет. Но в таких условиях о какой учебе можно говорить? Мы уже в «красной» зоне, школы закрыты. Сын самостоятельно учит то, что есть в учебниках, — параграф за параграфом. Если что-то не понимает, идет к вышке или ищет во дворе точку, где ловит мобильная связь, и звонит учительнице. Но не все можно объяснить по телефону. Например, в этом году у сына началась физика. Я в этом предмете не сильна и не могу ему помочь. А в телефонном режиме физику не выучишь…

В крупных городах с Интернетом проще. Но далеко не все даже киевские школы готовы к дистанционному обучению в условиях карантина. Учителя жалуются на целый ряд проблем: это и отсутствие четких инструкций от Министерства образования (на каких платформах учиться, какие использовать программы), и нехватка гаджетов у учителей. Школы, которые к «дистанционке» подготовились, делали это сами, без помощи чиновников.

— За последние месяцы мы сами максимально подготовились к дистанционному обучению, — рассказал «ФАКТАМ» директор столичного лицея «Лидер» Дмитрий Кравченко. — Будем работать на платформе Microsoft Teams, где у каждого ребенка есть свой кабинет, графические доски, возможность вести журналы успеваемости и многое другое. Это намного удобнее, чем использовать несколько приложений и программ. Мы прекрасно понимаем, что в любой момент лицей, как и другое учебное заведение, может перейти на дистанционное обучение.

Не успел начаться учебный год, как у нас уже два класса вынуждены были уйти на карантин. А все потому, что 1 сентября родители привели в лицей больных детей. Одному ученику 31 августа даже сделали тест на COVID-19. И его родители, не дождавшись результата, привели ребенка в школу. На следующий день подтвердился коронавирус — и сразу дети и учителя вынуждены были уйти на изоляцию. Еще весной было очевидно, что, пока не будет эффективной вакцины от COVID-19, нам придется жить в новой реальности. Детям — учиться дистанционно. Но создается впечатление, что власти об этом вообще не задумывались. Перед началом учебного года традиционно закупали парты и стулья, ремонтировали здания школ, многие из которых уже сейчас стоят пустые. Разве не очевидно, что в нынешних условиях нужно было вложить деньги в гаджеты, в проведение нормального Интернета и подготовку учителей к дистанционной работе?

Замминистра образования заявил о намерении (!) обеспечить компьютерами учителей. Но конкретных дат не озвучивает

Что говорят по поводу дистанционного образования (а точнее его отсутствия) в Министерстве образования? Ничего конкретного. Обещают, что «будут решать эти вопросы». Вот только как и когда, неизвестно.

По данным Министерства цифровой трансформации, в стране насчитывается 17 тысяч (!) населенных пунктов, где нет оптического Интернета. В них проживает примерно четыре миллиона украинцев. Интернет-провайдеры говорят, что тянуть кабель в эти села слишком дорого и это возможно лишь в том случае, если хотя бы часть расходов покроет государство.

«Хотя бы по схеме 50 на 50, — предложил в эфире программы „ТСН. Тиждень“ представитель „Укртелекома“ Михаил Шуранов. — То есть государство оплатит проведение Интернета до села. А оператор уже будет разводить Интернет по селу, устанавливать оборудование, подключать желающих. Иначе это невозможно».

В Кабмине тем временем заявляют, что проведение Интернета в села — это забота местных властей. В эфире «ТСН. Тиждень» также прозвучало интересное заявление «цифрового» вице-премьер-министра Михаила Федорова, который сказал, что «есть 1,9 миллиарда гривен целевой субвенции на подключение Интернета». Но где эти деньги, потрачены ли они (и если да, то почему до сих пор столько населенных пунктов остаются без Интернета), вице-премьер-министр не уточнил.

До конца не известна судьба и 54 миллионов гривен, которые, по данным ТСН, еще в 2018 году были выделены из бюджета на создание национальной образовательной электронной платформы. Сейчас такая платформа (обещали, что там будут видеоуроки, электронные учебники, программы для оценивания знаний и многое другое) была бы как никогда кстати. Но ее так и не создали. Закупили оборудование, которое успело проработать всего пару месяцев и было арестовано правоохранительными органами. В полиции открыли уголовное дело. Было заявлено, что оборудование, оказывается, закупили не то, да еще и по завышенным ценам. В результате не осталось ни 54 миллионов гривен, ни обещанной платформы.

Сейчас в Министерстве образования заявляют, что хотят создать новую платформу, на которую выделили еще 27 миллионов гривен (а на следующий год на нее же обещают выделить еще 38 миллионов). Что это будет за платформа и когда она заработает, в МОН пока не говорят, ссылаясь на то, что «процесс очень сложный». Замминистра образования Артур Селецкий заявил и о намерении (!) обеспечить компьютерами учителей. По словам Селецкого, сейчас МОН «работает с IT-ассоциацией, которая может давать технику для учителей и детей». Но, опять же, конкретных дат чиновник не озвучивает. А гаджеты и проводной Интернет нужны даже не через полгода и даже не через месяц, а уже вчера.

Написать комментарий
💬 Последние комментарии
тт
Дорогое удовольствие ради легалайза
тт
Все дело в рекламе)
гость
вот этот тезис "Никому не интересно воевать, если победа неспособна дать больше, чем ты имеешь сейчас" - это что-то из рязряда спортивных игр, а не современной политики, с 70ых гг получившая себе на службу высший математ.аппарат и системы вирт.моделирования и прогнозирования. Ну знаете - соревновательный дух, первое-второе место, пум-пурум национальный престиж и флаг выше всех, решение проблем коммуникации в мордобойстве, а не балабольстве, величие победителя, горе побеждённым и всякое такое. Ну, в общем - это уже давно так не работает, политика стала процессом без отката и закрытых принципов. Не действует принцип "победителю всё" в совр. системе глобализма, тупо буксует на одном месте. Гегемоном становится не победитель, а управляющий игры, и для этого применяется как игровая политика, так и прочая игровая система стратегий, ориентированная прежде всего на игру, а не на выигрыш. Игра без сохранения статус-кво. Оно (перемога) не работало в истории тогда, когда меняли войны на олимпийские игры (национальная игра как подготовка нации к войне) - и в современном мире также не ограничивается только разбором интересов. "Победа" без обретения интереса (или ради получения какого нибудь материального стимула) в совр.политике называется не "поражение", а "поиск и изучение оптимальных стратегий в политической игре", в то числе и военными методами. И там действует вполне себе определённое принципы, законы и даже отработанные решения теории игр (прим. т.н. "пиррова победа" из таких вот военно-политических парадоксов, изучаемой теорией). В политике, особенно современной, прекрасно воюют и без победы, и в этом как ни странно - есть свой интерес; и часто даже воюют в ущерб себе; и цели иногда такие есть - проиграть, переложить так сказать "победу" из одного кармана в другой в пространстве и времени. Для кого-то проигрыш определённой части интереса (как элемент теории, а не по спортивно-блатной фене) - ничего не стоит, для других - это несомненная победа локальногно характера. Вот только проигрыш в такой полит.игре не означает сдачу своих интересов - идёт размен ненужного чужого/своего интереса на нужный свой/чужой. Это развитой капитализм моншери (тм итальянской ферреро) - доходы умудряются делать даже на убытках, вопреки всем научным теориям и примитивным понятиям из конца 19го-нач.20го феодального века (за рамки которых автор таки не может выйти). Вообще этот элемент системы политики (управления) из операторов-актуаторов - "победитель", о достижении статуса (позиции) которого так часто мечтают политически неразвитые полит.обозреватели и попавшие в политику по ангажементу недалёкие спортсмены - в науке называется "интеллектуальным агентом" (как часть полит.технологии). А некого "локального победителя" рассматривают как "нарушителя" системы игры и пытаются встроить его в свою систему - (разводит руками) на такая вот она управленческая модель. Причём нарушитель не в смысле "плохо-плохо", а в смысле - "неуправляемый" фактор теории, вносящий в систему дисбаланс. И агент этой мат.полит.игры называется "интеллектуальным" не потому, что там интеллекта зашибись (его как раз там немного - где вы видели не тупого бывшего спортсмена - политика?), а потому, что в теории игр "интеллектуальностью" называеться - более высокий уровень технологии управления по сравнению с примитивными триггерными системами этого системного и автоматического управления. Когда управление построено таким образом, что окончательное решение некой задачи состоит из кучи примитивов (как научный термин, а то некие "спортсмены" очень обижаются с этого понятия), включающей также не разумные (или не интересные) на первый взгляд действия и операции - возникает игра с ними, с победителями и лохами, пардон - нескомпенсированными триггерами. Эти элементы игры так и называются - нарушенные (мзменяющиеся) и ненарушенные (неизменные). Пример - в полит.проекте "северный поток" неизменяемый элемент газ, а нарушенный - труба. А они (актуаторы игры) уже в совокупности образуют множество возможных решений той или иной "победы", как промежуточного состояния системы и некой стратегии. Той самой стратегии системы "победы-поражения", когда одно превращается в другое и наоборот. пс. а что касается полит.игры Сша-Китай, то там она ведётся по более сложным алгоритмам управления, чем просто комбинаторный кооператив с трансферабельными функциям, ненулевой сумммой, неполной информацией и бесконечной итерацией зрадныков в переможныки и обратно. Ничего другого, чем агрессия на данном этапе, чтобы перевести Рф в нетрансферабельное, а Китай в дезынтегральное состояние (прим. разрушить сложившуюся на сейчас в КНР интегральную соц.управленческую систему будизма-даосизма-конфуцианства-маоизма) - не остаётся. "Победа" не является для Сша приоритетом стратегии ни выживания, ни гегемонии, а для Китая - это не было целью изначально, ничьи национальные "интересы" на первом месте в этой управляемой "игре" не стоят. Многие околополитики путают положительно окрашенный эмоциональный процесс, совокупность общественных целей и стимулов отношений, что не отменяет образованную группу по интересам - но назвать это "победой" мягко скажем ненаучно.
е
вот интересно.. Что Елена угрожала какими-то афганцами, что вы... наводит на те же мысли, что елена и вы одно лицо)
ВСЁ ЛУЧШЕЕ СЛУГАМ
Зато на украине слуги получают зарплату 100 тыщ долярив! И где лучше?
Вера
У моего мужа есть Друзья Афганцы...так они гораздо старше меня...я к тому, Если ты был в Афганистане,то я тебе не "баба"...у тебя ПИСЬМО...БАЗАРНОЙ БАБЫ...вот это точно...потому что я ОЧЕНЬ СОМНЕВАЮСЬ,что ты причисляешь себя к людям ДОСТОЙНЫМ..т.е. к знакомым моего мужа
И БУДУТ уКРЫ БЕЗГОЛОСЫЕ УРА
ВСИ ГОЛОСЫ - ПАНАМ! ВЕРЬОВКУ - СЛУГАМ!