ОбществоИсточник4 февр.

Песня о Воване и шоколадном королевстве

«На днях директор Украинского института национальной памяти Владимир Вятрович назвал опасными Владимира Высоцкого, Михаила Булгакова, Виктора Цоя, которые, напоминая о едином культурном пространстве, как «ласковые щупальца Русского мира» способны задушить в гражданах их украинство». (Из ленты новостей)

«В королевстве, где все тихо и складно, Где ни войн, ни катаклизмов, ни бурь, Появился дикий вепрь аграмадный, То ли буйвол, то ли бык, то ли тур...» (Владимир Высоцкий) В королевстве, где некрепкий здоровьем Еле правил Шоколадный Куркуль, Жил мальчонка по прозванью Вятрович – С виду мелкий, но учёный рогуль. Вся в портретах у мальчонки квартира. Геббельс, Гитлер, с ними сердцу тепло. Но бывало, что от русского мира Рогуля того трясло и рвало.

Раз король зовёт Вятровича в гости: – Хочешь, парень, будешь в славе, в чести? Пишут в «Таймсе» вот, и «Вашингтон посте», Русский мир нам нужно весь извести. Разберёшься – дам тебе шоколада, А иначе, хлопче, встретишь беду. – Шоколада мне и даром не надо, Русский мир я весь и так изведу! И рогуль учёный взялся за дело, Как в народе говорят, «на айн-цвай». Стал крушить он память гордо и смело, Как идейный, так сказать, полицай. Вот несёт ему, к примеру, Толстого Андрухович* – рогуля корефан: – Про Толстого я скажу тебе, Вова, Русским миром так и дышит пацан! И они втроём вприпрыжку с Забужкой** Отправляют, будто в лагере, в печь Книжки Пушкина и няню-старушку, И Ахматову, и русскую речь. А Вятрович аж заходится в раже: – Ох, дождутся же они у меня! Что Высоцкий, что Булгаков – всё вражье! Эй, добавьте-ка, добавьте огня! А ещё рогуль в своём институте, Не желая слышать мольб и угроз, По программе «То, что в прошлом, забудьте!» Оперировать стал гражданам мозг. Им в стране был каждый лично обнюхан (Олигарх иль перекатная голь) На предмет наличья русского духа Даже вызван был однажды король. – Ты того…– вздохнул Куркуль Шоколадный. – Не осудит ли Европа нас, брат? – На меня, – сказал рогуль, – коль неладно, Всё валите! Типа, я виноват. И король подумал: «Сам напросился. Значит, будет отпущенья козлом. Если спросит шеф, скажу: «Он взбесился», Превлекут его, скажу: “Поделом”». А рогуль меж тем совсем разошёлся. С бандой нациков врывается в дом, И хватает, и вопит: «Я нашёл вас! Слушал Цоя, значит, стой пред судом!» На судах орёт, что нет тем прощенья, Для кого Россия – Родина-мать: – А поскольку я – козёл отпущенья, Отпускать или сажать, мне решать! Упырей поставил статуи всюду – Штурмбаннфюреры и прочая мразь. И однажды эта мразь подлым чудом Ожила и с пьедесталов снялась. Мертвецы пошли гулять по столице, Полицаи из смердящих могил, «Балаклавами» прикрыв свои лица, Будто адский украинский ИГИЛ*. Но враги Вована им доложили, Что Вятрович – это тайный москаль. Полицаи рогуля окружили, И петля была, и ржавая сталь. Поутру висел рогуль на гиляке, И нежданно всё кругом расцвело. В ад вернулись обитатели мрака, Стало тихо на земле и светло. Шоколад исчез навек повсеместно, И Куркуль пропал, и память сплыла. Оказалось, смерть того королевства Была спрятана в Вована-козла. *Андрухович Юрий – писатель из Ивано-Франковска и внук карателя из СС «Галичина», назвавший недавно Ф.М Достоевского «посредственным писакой», а также заявивший: "И Достоевский – это российская пропаганда, и Горький – это пропаганда, и Булгаков – это тоже пропаганда. Поэтому на самом деле на некоторое время лучше ввести карантин. Ведь их культура - это очень серьезный рычаг "русского мира", и он, к сожалению, не менее важен, чем танки, ракеты и даже ядерное оружие". ** Забужко Оксана – писательница из Киева, автор знаменитого романа «Полевые исследования украинского секса». Иван ПЕЧЕРНИКОВ Художник Илья ГЕЛЬД