ОбществоApr 20

Со скорбью об Афоне и Константинопольском патриархате

nk_hauz/-myhxp8iirlebanhlm9v.jpg

Фанар уже не может остановиться на пути экуменизма и попрания канонов, а Афон – твердо стоять в православной вере. Такой вывод делает митрополит Пирейский Серафим.

Несколько месяцев назад вышла брошюра иерарха Элладской Церкви митрополита Пирейского Серафима «Фанар не имел никакого права вмешиваться в дела другой Поместной Церкви». В ней он разбирает как отступления от веры Константинопольского патриархата, так и безвольность многих, если не большинства афонских обителей, которые молчаливо, а иногда и немолчаливо, высказывают согласие с такими действиями Фанара. Мнение митрополита Серафима, выраженное порой в довольно резких словах, заслуживает того, чтобы с ним ознакомиться и к нему прислушаться.

nk_hauz/-myhxpenomhzj44hpmhq.png

Кто такой митрополит Пирейский Серафим?

Митрополит Серафим (Мендзелопулос) родился в 1956 г. В 1980 г. поступил в монастырь Успения Пресвятой Богородицы в Пендели. Он – выпускник богословского факультета Афинского университета. В 2001 г. был рукоположён во епископа Аделаидского, викария Австралийской архиепископии Константинопольского патриархата, а в 2006 г. назначен на Пирейскую кафедру. При возведении его на кафедру, он весьма красноречиво отказался принять подарки, которые по давней традиции преподносятся архиерею, вступающему в управление епархией. Объясняя свой поступок, он сказал, что не ищет славы и земных удовольствий, не желает ни золота, ни серебра, и будет бескорыстно трудиться во имя спасения своей паствы.

nk_hauz/-myhxpgswqrwqzy42xd3.jpg

В сане митрополита он очень активно включился в общественную жизнь и резко реагировал на события, которые, по его мнению, требуют нравственной оценки со стороны церковной иерархии. Он призывал бойкотировать фильм «Код да Винчи» и одноимённую книгу Дэна Брауна, называя их «антиисторическими, абсолютно лживыми и нелепыми», протестовал против визита римского папы Бенедикта XVI на Кипр, жаловался королеве Великобритании Елизавете II на певца Элтона Джона за его хульные слова о Христе, критиковал священноначалие Сербской Церкви за отстранение от управления епархией епископа Рашско-Призренского Артемия (Радосавлевича).

Кроме того, он резко критиковал Константинопольского патриарха за экуменизм, греческие власти за признание прав ЛГБТ и пропаганду гендерной идеологии. И конечно же, митрополит Серафим отказался признавать ПЦУ, несмотря на мнение других иерархов Элладской Церкви, заявив, что он является противником «злонамеренной деятельности отлучённых, отдёленных и нерукоположённых мирских лиц в расколе, которых антиканонично и без предписываемой священными канонами канонической процедуры ошибочно восстановил Святой и Священный Синод досточтимого Вселенского Патриархата».

Афон уже не тот

По мнению митрополита Серафима, ситуация с признанием некоторыми афонскими обителями ПЦУ только лишь обнаружила уже существовавшую деградацию духовной жизни и стойкости в вере на Афоне.

«Серьезная духовная деградация нынешней Святой горы уже является печальным фактом, который констатировали многие духовные мужи и выдающиеся личности, следящие за событиями на Афоне, да и вообще за тем, как обозначено его присутствие в современной церковной действительности», – пишет архиерей. И действительно, если ранее афониты предпочитали всяческие лишения и даже смерть отступлению от веры, то сейчас мы наблюдаем, как мирские попечения и забота о материальном благосостоянии монастырей заставляют некоторых настоятелей подчиняться требованиям патриарха Варфоломея и американских дипломатов и признавать ПЦУ, допускать до богослужения в свои обители лиц, не имеющих не только канонического рукоположения в священный сан, но даже и крещения. Причем сами афониты, как правило, это прекрасно понимают, но прикрываются как фиговым листком отговоркой: мол, коль их признал «сам» Константинопольский патриарх, то кто мы, чтобы ему перечить? В былые времена насельники Святой горы стояли на совершенно иных позициях. Для них самым важным была чистота Православной Веры, а не мнение сильных мира сего.

«С душевной болью мы убеждаемся в том, что современная гора Афон, бывшая некогда оплотом Православия, волнорезом, о который разбивались ереси, гора, явившая целый сонм преподобных и преподобномучеников, подвижников и исповедников веры, не имеет, к сожалению, никакого отношения к той Святой горе, с которой мы познакомились в годы нашей юности примерно тридцать пять лет назад».

Множество православных христиан во многих странах привыкли смотреть на Афон как на духовный маяк в бушующем житейском море. Мнение Святой горы почиталось как свидетельство об истине суровых аскетов, молитвенников, подвижников благочестия, которые ни во что ставят такие факторы, как богатство, благосклонность властей, и вообще мнение мира. Которые могли казать вместе с апостолом Иоанном: «Мы знаем, что мы от Бога и что весь мир лежит во зле» (1Ин 5:19).

Но сейчас, по мнению митрополита Серафима, ситуация в корне изменилась: «А сегодня смотрим мы на Святую гору Афон и не узнаем ее духовный облик; она напугана и порабощена своей вышестоящей церковной властью, будучи готова подчиниться указаниям Фанара, даже тогда, когда тот во многих отношениях поступает неправильно. Афон, у которого отсутствует пульс, Афон, лишенный живости, духа подвижничества и исповедничества. Афон, который во многих вопросах и особенно в вопросах веры, ересей и расколов, как кажется, одобряет, встает в один ряд и тесно сотрудничает с ересью и расколом. Афон, который колеблется между ересью и Православием, будучи неспособным дать богословский ответ, встать в полный рост и обличить ересь и тех, кто ее продвигает, кем бы они ни были».

Вообще падение незыблемых, как казалось еще недавно, духовных авторитетов, заставляет задуматься о том, на что же можно ориентироваться сегодня православным христианам, кому доверять и за кем идти? Святой псалмопевец Давид говорит о том, что в таких ситуациях следует ждать помощи и спасения непосредственно от Бога, который не замедлит явить ее: «Спаси мя, Господи, яко оскуде преподобный: яко умалишася истины от сынов человеческих. Суетная глагола кийждо ко искреннему своему: устне льстивыя в сердцы, и в сердцы глаголаша злая» (Пс 11:2,3).

Падение незыблемых, как казалось еще недавно, духовных авторитетов, заставляет задуматься о том, на что же можно ориентироваться сегодня православным христианам, кому доверять и за кем идти?

Некоторые толкователи Священного Писания обращают внимание, что пророк Давид не говорит, что истина исчезла вообще, а что она «умалилась», то есть стала малой и незаметной. Но она все же есть. Так и на сегодняшнем Афоне есть обители и есть монахи, которые не следуют по пути охлаждения веры и благочестия, а твердо стоят в Православии, невзирая ни на что. «Разумеется, эти выводы касаются не всех афонских обителей и афонских отцов. Слава Богу, что есть и монастыри, мало их, конечно, которые можно пересчитать на пальцах одной руки (Григориат, Каракалл, Костамонит и Филофей), равно как и многие монахи в скитах и в кельях, которые продолжают противостоять всеереси экуменизма и произволу Фанара», – пишет владыка Серафим.

Создание ПЦУ – самое трагичное событие последних десятилетий

«Украинская автокефалия <…> стала самым трагичным "церковным событием последних десятилетий", потому что вызвала мировой раскол всеправославного масштаба», – пишет митрополит Серафим.

Как известно, патриарх Варфоломей и его сторонники упорно отрицают наличие раскола в Православии вследствие его антиканонических действий по созданию ПЦУ. Состояние отсутствия евхаристического общения между РПЦ и Фанаром, а также то, что десять из четырнадцати общепризнанных Поместных Православных Церквей не признают ПЦУ, называется ими неким временным недоразумением, которое якобы будет исчерпано, как только РПЦ убедится, что создание ПЦУ – свершившийся факт.

«Украинская автокефалия стала самым трагичным "церковным событием последних десятилетий", потому что вызвала мировой раскол всеправославного масштаба». Митрополит Серафим.

Митрополит Серафим акцентирует внимание не только на том факте, что десять Поместных Церквей не признают ПЦУ, но и что признание этой структуры в Александрийской, Элладской и Кипрской Церквях проходило с явными нарушениями и не является настоящим полноценным признанием.

«Патриарх Александрийский признал украинскую автокефалию как свершившийся факт и помянул лжемитрополита Епифания, предварительно не созывая Собор с тем, чтобы тот окончательно высказался в пользу или против признания украинской автокефалии. По всей видимости, зная, что, если соберется Собор, то большинство из епископата будут возражать, и он не добьется своей цели, патриарх принял решение о единоличном признании, попирая соборность и действуя как маленький папа».

«Архиерейский Собор Элладской Церкви обсуждал украинскую автокефалию, но именного голосования не было (как это должно было быть по такому животрепещущему вопросу), так чтобы архиереи могли высказать свое мнение посредством голосования. А так в конечном итоге (неприемлемым и антисоборным образом) возобладало мнение его председателя — архиепископа Иеронима».

Добавим, что Кипрская Церковь вообще не принимала решения о признании ПЦУ, а согласилась не возражать против поминовения Сергея Петровича (Епифания) Думенко предстоятелем Кипрской Церкви архиепископом Хризостомом. Даже чисто логически, не говоря уже об исторической традиции признания, текст соответствующего документа Синода Кипрской Церкви не является признанием ПЦУ.

Фанар вторгся на чужую каноническую территорию

Утверждая тот факт, что в течение трех с лишним веков вся полнота Православной Церкви, включая Константинопольский патриархат, признавала, что на территорию Украины распространяется юрисдикция Русской Церкви, митрополит Серафим ссылается на недавние исследования протопресвитера Анастасия Гоцопулоса.

«Как показал в своей недавней работе протопресвитер Анастасий Гоцопулос, согласно официальным данным, документам и изданиям даже самого Вселенского Патриархата, вышедшим из его собственной "Патриаршей типографии" Константинополя, в соответствии с исследованиями деятелей и сотрудников Вселенского Патриархата (архивариус Вселенского Престола К. Делликанис, протопресвитер Ф. Зисис, В. Ставридис, Вл. Фидас, Гр. Ларендзакис), а также из официально заявленной позиции самого Вселенского Патриарха Варфоломея (письма, слова) следует, что само церковное и каноническое сознание Вселенского Престола последних трех с половиной веков до 2018 года не считало Украину его канонической территорией, но самым официальным и ясным образом признавало, что относится она к канонической  юрисдикции Московского Патриархата», – пишет владыка Серафим.

Собственно говоря, это то, что и УПЦ и РПЦ говорили изначально: Константинопольский патриархат не может вмешиваться в украинский церковный вопрос, поскольку не имеет никаких на то оснований. Отдельно митрополит Серафим акцентирует внимание на том, что в Украине существует каноническая УПЦ и канонический Киевский Митрополит: «Все без единого исключения Церкви единственным каноническим митрополитом Киевским признают Митрополита Онуфрия. Только с ним и его Синодом имели общение все Православные Церкви за межправославными и всеправославными сослужениями и в рамках работы комиссий. Это единогласие выражает всеправославно-вселенское церковное сознание Православия, пренебрегать которым без серьезных последствий никто не имеет права».

Все без единого исключения Церкви единственным каноническим митрополитом Киевским признают Митрополита Онуфрия. Только с ним и его Синодом имели общение все Православные Церкви за межправославными и всеправославными сослужениями и в рамках работы комиссий. Митрополит Серафим

Константинопольский патриархат пренебрег этим единогласием, и трагические последствия не заставили себя долго ждать – они проявились в образовании раскола в Православии. Следует обратить внимание, что митрополит Серафим не только констатирует факт вторжения Фанара на чужую каноническую территорию, но и перечисляет священные каноны, которые были таким образом нарушены: «Вселенский Патриархат не имеет никакого канонического права вмешиваться в юрисдикцию другой Поместной Церкви (в данном случае Русской), и, значит, совершил серьезнейшее каноническое преступление, а именно – вторжение, осуждаемое многими священными канонами (2-й кан. II-го, 2-й III-го, 39-й Пято-Шестого Вселенского соборов, 13-й и 22-й Антиохийского, 3-й Сардикийского Поместного соборов и др.) и всем в совокупности церковным Преданием».

У раскольников не было покаяния

В своей публикации митрополит Серафим отвечает на этот вопрос по той причине, что в среде тех, кто поддерживает действия патриарха Варфоломея распространяется мнение о том, что у бывшего главы УПЦ КП Филарета Денисенко и бывшего главы УАПЦ Макария Малетича, «покаяние» имело место, и выражалось оно в том, что они на «объединительном Соборе» в декабре 2018 г. распустили возглавляемые ими религиозные организации.

Владыка Серафим указывает, что данное действие никак не может считаться покаянием. Он напоминает, что Филарет Денисенко был ранее архиереем РПЦ, затем был извергнут из сана и отлучен от Церкви, а Макарий Малетич был священником РПЦ, а свое «архиерейство» получил уже находясь вне Церкви Христовой.

«Для того, чтобы ответить на вопрос, а было ли покаяние со стороны раскольников, мы должны разобраться, а вернулись ли они в церковное общение с той Поместной Церковью, от которой откололись. Ведь именно это и означает покаяние: я распускаю церковное образование, которое создал и в обязательном порядке возвращаюсь в ту церковную структуру, от которой откололся. Да, Филарет и Макарий распустили раскольнические объединения, которые создали, но они не вернулись в церковную структуру, от которой откололись, т.е. в каноническую Украинскую Церковь во главе с Митрополитом Онуфрием».

Дополнительным (и очень убедительным) аргументом, что покаяния не было, является тот факт, что в 2019 г. Филарет Денисенко покинул ПЦУ и объявил, что снова возглавляет УПЦ КП.

Константинопольский патриарх не является высшей апелляционной инстанцией

Как известно, патриарх Варфоломей и его сторонники утверждают, что глава Фанара имеет право принимать апелляции клириков, не согласных с решениями своих архиереев или Соборов из всех Поместных Церквей. Оказывается, что вопрос верховной апелляции уже поднимался в IV – V веках и был решен Церковью на уровне Вселенских Соборов. Правда, в те времена претензии на то, чтобы являться высшей апелляционной инстанцией высказывал не Константинопольский, а Римский епископ.

«Итак, с точки зрения канонов в отношении рассматриваемой темы возникает важнейший вопрос, а являются ли решения полного Синода под председательством Патриарха, каковым является Синод Московского Патриархата, безапелляционными, или все же на них можно подавать апелляцию в другой Патриарший Синод. Тема эта занимала Вселенскую Церковь после Сардикийского Собора с его 3-м, 4-м и 5-м канонами».

В 419 г. состоялся Поместный собор в Карфагене. Его участниками были 217 епископов, в том числе и легаты римского папы: епископ Пикены Потентийской Фавстин и пресвитеры Филипп и Азелл. Собор собирался по вопросу: имеет ли римский папа право принимать апелляции на решения Соборов Карфагенской Церкви? Ответ был однозначный – не имеет, причем формулировка этого ответа была достаточно жесткая: «Если пресвитеры, диаконы и прочие низшие клирики по имеющимся у них тяжбам жалуются на решение своих епископов, пусть их выслушивают соседние епископы и дела между ними разрешают приглашенные ими с согласия их собственных епископов. Если же клирики захотят подать апелляцию и на их решение, пусть подают ее только Африканским Соборам или первенствующим своих митрополичьих областей. А того, кто желает подать апелляцию Соборам по ту сторону моря, пусть никто в Африке в общение не принимает». То есть обращение клириков с апелляционной жалобой к Римскому епископу вообще признавалось основанием для отлучения от церковного общения.

А поскольку каноны Карфагенского Собора были утверждены 2-м каноном Святого Пято-Шестого Вселенского Собора, а также 1-м каноном ΙV Вселенского Собора и 1-м каноном VII Вселенского Собора, то данное решение подтверждается авторитетом Вселенских Соборов и является общеобязательным. Митрополит Серафим пишет: «Следовательно, древняя Церковь принимала то, что 3-й, 4-й и 5-й канон определяли касательно особых привилегий, которыми наделялся православный тогда еще епископ Ветхого Рима по отношению к подчиненным ему епископам и только к ним, но не предоставление ему высшей церковной юрисдикции». Все известные толкователи канонических правил утверждают этот принцип: апелляции клириков рассматривает священноначалие той Поместной Церкви, где эти клирики совершают или совершали свое служение.

Раскольники не имеют священного сана

Когда создание ПЦУ еще находилось в стадии разработки, многие архиереи и богословы, как симпатизирующие Фанару, так и не симпатизирующие, ломали себе головы над вопросом: как Фанар будет решать проблему отсутствия канонических хиротоний у раскольников? Ведь всем известно, что почти все «архиереи» ПЦУ «рукоположены» в то время, когда весь православный мир признавал их отлученными от Церкви. Наиболее часто звучали предположения, что фанариоты будут тайно или явно «перерукополагать» «епископат» ПЦУ. Никто и подумать не мог о том, чтобы признать эти «хиротонии» задним числом. Но Фанар именно так и поступил, тем самым утвердив новый взгляд на Таинство священства. Согласно этому новому взгляду Благодать Святого Духа нисходит на рукополагаемого в силу признания этого со стороны Константинопольского патриарха. Однако это свидетельствует лишь о том, насколько извращенно Фанар понимает данное Таинство.

Фанар утвердил новый взгляд на Таинство священства. Согласно этому новому взгляду Благодать Святого Духа нисходит на рукополагаемого в силу признания этого со стороны Константинопольского патриарха.

Следует отметить, что в вопросе непризнания «хиротоний» раскольников митрополит Серафим не высказывает такой категоричности, как во многих других вопросах. Он не говорит о том, что появление Благодати священства задним числом невозможно в принципе. Он пишет, что этот вопрос находится в компетенции не Фанара, а РПЦ: «Единственной церковной властью, обладающей полномочиями принимать решения о восстановлении в сане раскольников, является Русская Церковь, при условии, конечно, что раскольники выказывают искреннее покаяние, которое, как весьма справедливо замечает профессор Целенгидис, есть sine qua non для возвращения раскольников в каноническое поле. А покаяние это раскольники до сего дня, конечно, не выказали». Здесь с мнением митрополита Серафима можно не согласиться. Он говорит о «восстановлении в сане раскольников» при условии их покаяния, но ведь невозможно человека «восстановить» в том, чего он отродясь не имел. Если мы признаем, что «хиротонии» «архиереев» ПЦУ ничтожны, что они являются не более чем фикцией, то как можно восстановить их в священном сане, даже при условии икономии?

Но как бы там ни было, митрополит Серафим однозначно не признает наличие Благодати священства в ПЦУ.

Об украинской автокефалии

Митрополит Серафим пишет, что автокефалия, якобы предоставленная Фанаром ПЦУ, не могла быть предоставлена по двум причинам: во-первых, Константинополь не имел права делать это в одностороннем порядке, а во-вторых, автокефалия может быть предоставлена только лишь канонически признанной церквной структуре, которая просит о предоставлении ей этой автокефалии.

Сразу оговоримся, самый главный аргумент невозможности предоставления автокефалии ПЦУ митрополит Серафим оставил за скобками. И это аргумент разбирался чуть выше – невозможно назвать Автокефальной Церковью сообщество мирян, не имеющих священнического сана. Все остальные доводы, приведенные элладским архиереем, безусловно, убедительны, однако лишь в теории, без связи с легализацией украинских раскольников.

В Православии не существует порядка предоставления автокефалии, закрепленного канонами. Вселенские Соборы нам этого не оставили. Исторически автокефалия предоставлялась Константинопольским патриархатом и Русской Церковью. Константинополь предоставил автокефалию Сербской, Болгарской, Румынской и другим Церквям, а РПЦ – Польской Церкви, Церкви Чешских земель и Словакии, а также Православной Церкви в Америке (признается Русской, Грузинской, Болгарской, Польской и Чехословацкой Церквями, остальные считают ее частью РПЦ). Однако автокефалии, предоставленные РПЦ, имели место несколько десятилетий назад и оспариваются Константинопольским патриархатом. Фанар утверждает, что право предоставления автокефалии кому бы то ни было принадлежит только ему. Основанием этому служит только честолюбивое желание самого Фанара и ничего более.

Исторические прецеденты, не закрепленные в корпусе канонического права, так и остаются историческими прецедентами. Для того чтобы заполнить этот пробел в каноническом праве, при подготовке Собора на Крите, состоявшегося в 2016 г., был разработан документ о порядке предоставлении автокефалии, который не был вынесен на обсуждение Критского собора, а сам Критский Собор не стал всеправославным, как задумывалось изначально, по причине отсутствия на нем представителей Антиохийской, Грузинской, Болгарской и Русской Церквей. Однако митрополит Серафим все же ссылается на разработанный документ о порядке автокефалии и указывает на его основной принцип: согласие всех Поместных Церквей.

«Томос, провозглашающий автокефалию, как необходимое условие, среди прочего, предусматривал и согласие всех Поместных Церквей: "Поскольку Вселенский Патриарх обеспечивает согласие автокефальных Поместных Православных Церквей путем получения от них письменного согласия, он может единолично подписывать Патриарший Томос…". Из вышесказанного становится ясно, что без согласия и консенсуса всех Поместных Церквей, т.е. без соблюдения условий, Вселенский Патриарх не может ни автокефалию предоставить, ни апелляции принимать, ни быть «распорядителем церковных дел», – пишет владыка.

Вторая причина, позволяющая отрицать автокефалию ПЦУ – это то, что каноническая УПЦ ни о какой автокефалии не просила: «Еще один весьма важный аспект этой темы состоит в том, что Поместная Церковь Украины во главе с митрополитом Онуфрием, официально признанная всеми Поместными Церквами, не просила и не стремилась к обретению автокефального статуса, в отличие, конечно, от других автокефалий, которые предоставлял Вселенский Патриархат (Элладской, Сербской, Болгарской, Румынской, Польской, Албанской и Чешской и Словацкой), когда Поместные Церкви обращались с соответствующим прошением. <…> Нет никакого сравнения между предоставленной раскольникам и членам украинской парасинагоги автокефалии и каноническим предоставлением Честным Вселенским Патриархатом автокефального статуса каноническим Церквам Греции, Сербии, Болгарии, Румынии, Польши, Албании и Чехии и Словакии».

Также митрополит Серафим утверждает, что теория «Первого без равных», которая разработана митрополитом Пергамским Иоанном (Зизиуласом) и архиепископом Американским Элпидофором (Ламбриниадисом) направлена на то, чтобы продвигать экуменические устремления Фанара. Но этот вопрос владыка Серафим в данной публикации предметно не рассматривал, а отослал интересующихся к своим более ранним публикациям. И самый последний тезис Владыки о том, что не стоит надеяться, что сегодняшнее разделение в Православии как-нибудь рассосется само собой со временем.

В этом митрополит Серафим абсолютно прав, для того чтобы решить проблему существующего разделения, необходимо, во-первых, искать общее решение всех Поместных Церквей, а во-вторых, это решение должно основываться на священных канонах Церкви, а не амбициях отдельных церковных иерархов.

Андрей Власов

Авторские статьи